Приемным родителям в Воронеже требуется постоянная поддержка психологов

В Доме журналистов состоялся круглый стол, посвященный усыновлению детей-сирот, приёмным семьям, опекунству

29.03.2021 17:30
МОЁ! Online

Читать все комментарии

Войдите, чтобы добавить в закладки

Откуда берутся дети-сироты? И в чем разница между детьми-сиротами и детьми, оставшимися без попечения родителей?

Попова Ирина Николаевна, уполномоченный по правам ребенка в Воронежской области: 

— Есть истинные сироты — это те дети, кто потерял единственного родителя или обоих родителей. А есть социальные сироты — это дети при живых родителях, оставшиеся без попечения родителей. Это те дети, у которых родители лишены родительских прав, ограничены в правах или находятся в местах лишения свободы, от них отказались, изъяли из семьи и т. д. Но лишение родительских прав является крайней мерой.

Предпринимается все, чтобы сохранить ребенку семью. Если подтверждается факт, что в семье ненадлежащее исполнение родительских обязанностей, то для начала родителей привлекают за это к административной ответственности.

А дальше с ними проводится профилактическая работа. И если и она не приносит никаких результатов, то тогда уже ставится вопрос ограничения в родительских правах на срок 6 месяцев. Это делается для того, чтобы дать возможность родителям исправить свое положение, вернуться на правильный путь и ребенку тем самым сохранить семью. Если и это не помогает, тогда уже происходит лишение родительских прав. Но опять же у родителей есть возможность восстановиться в правах в течение 6 месяцев после принятия решения о лишении родительских прав. Иногда эта мера отрезвляет родителей моментально. Они забирают детей, есть случаи восстановления в родительских правах.   

Коновалова Зинаида Петровна, консультант отдела защиты прав детей департамента образования, науки и молодежной политики Воронежской области: 

— Что касается юридических прав, то и у тех, и у других детей права одинаковые. Разница только в том, что родители имеют право восстановиться, и к детям вернется прежний статус, они вернутся в семью. Если же нет, то и тех, и других могут усыновить, они имеют одинаковые льготы.  

Можно ли усыновить ребенка, родители которого лишены родительских прав?

Коновалова Зинаида Петровна, консультант отдела защиты прав детей департамента образования, науки и молодежной политики Воронежской области: 

— Сначала такого ребенка могут взять под опеку. А через 6 месяцев после вступления решения суда в законную силу опекуны могут подать исковое заявление об усыновлении. И если это произойдет, то биологические родители уже не смогут восстановить свои права. Если же ребенок еще будет находиться под опекой, то по истечении и года, и двух, и более кровные родители, если они одумались, могут вернуть себе родительские права. 

Лисавенко Марина Евгеньевна, мама троих приемных детей: в исковом заявлении опекуны могут указать все данные, которые хотят поменять ребенку: ФИО, дату и место рождения и все, что посчитают нужным. Меняется даже запись в актовой книге ЗАГСа. 

Какая разница между опекой и усыновлением? 

Коновалова Зинаида Петровна, консультант отдела защиты прав детей департамента образования, науки и молодежной политики Воронежской области: 

— Усыновление – это приоритетная форма устройства. Если есть кандидаты, которые значатся опекунами, и появляются усыновители, то в первую очередь ребенка предлагают им. Отличие в том, что при усыновлении ребенок приобретает статус кровного, он является наследником данных родителей. При опеке ребенок находится в семье до 18 лет. И дальше уже зависит от сложившихся отношений, если хотят, приемные родители поддерживают связь с ребенком, если нет, то он начитает жить самостоятельно. Что касается пособий, то и те, и другие семьи на сегодняшний день в нашем регионе получают ежемесячно 17158 рублей на каждого усыновленного ребенка. Это региональная инициатива.

Попова Ирина Николаевна, уполномоченный по правам ребенка в Воронежской области: 

— Для этого нужно подать заявление, принести свидетельство о рождении и решение суда, где подтверждается факт усыновления. Политика конфиденциальности будет соблюдена, поэтому усыновители могут быть спокойны в этом случае. Уголовных дел за разглашение тайны усыновления в нашей практике не было.

Коновалова Зинаида Петровна, консультант отдела защиты прав детей департамента образования, науки и молодежной политики Воронежской области:

— Еще я хочу добавить про опеку и положенные выплаты. Опека бывает безвозмездная и возмездная.  Безвозмездная опека, как правило, осуществляется близкими родственниками (бабушками, дедушками, тетями, дядями и т. д). По данным за прошлый год, под безвозмездной опекой в области находится 2700 детей. И только 1330 — на возмездной опеке по договору приемной семьи.

В первом случае выплачивается пособие 6 000 рублей на содержание ребенка в городской местности и 8 000 рублей в сельской. Если это возмездная опека, то по договору приемной семьи к содержанию ребенка выплачивается еще и вознаграждение приемным родителям. Если раньше такой договор можно было заключить от 3 до 8 детей, включая своих, то сейчас возможно даже с одним ребенком. 

Если ребенок был под опекой, то при достижении 18 лет он может стать на очередь по предоставлению жилья. При усыновлении ребенок теряет это право. Также ребенок, оставшийся без попечения родителей, имеет льготы при поступлении в учебное заведение и, пока он учится (до 23 лет), получает пособие.  При усыновлении таких льгот нет. 

Какие основные мотивы у тех людей, которые берут детей под опеку или усыновляют? Как приемным родителям и детям понять и принять друг друга?

Лисавенко Марина Евгеньевна, мама троих приемных детей: 

— Меня всегда веселит этот вопрос. Единственное, что движет женщиной, — это ее желание стать мамой. И это все. Если женщина созрела стать мамой, то неважен способ. Если это не дается биологическим путем, то способ уже неважен. Безусловно, есть сложности. Но вы спросите у любой мамы, разве их нет с родными детьми? Они растут, меняются, у каждого свой характер. И не всегда в своих семьях дети похожи на нас. 

Вы берете приемного ребенка в определенном возрасте, и если ему больше 3 лет, то через полгода, как он попал в семью, наступает момент, когда детей возвращают. Это точка, когда ребенок понимает, что эти люди, новые родители, находятся с ним постоянно, и они всячески пытаются продемонстрировать свою  любовь. И ребенок начинает их испытывать. Насколько вы меня любите? А вы уверены в своей любви? 

Насколько вы готовы меня терпеть? Синдром депривации имеет странные выходы, иногда родители даже могут подумать, что у них неадекватный ребенок. И часто такие дети попадают в психдиспансер. Но с ними все в порядке. Просто родителям никто не рассказал об этом. Не надо сдавать позиции, не надо бегать по врачам. Этот период нужно просто пережить. Полгода же ребенок адекватно реагировал на вас, был вменяемый. 

Причем это не зависит, когда ребенок попал в семью, в 4,5 года или 13 лет. Это испытание для всех. Ребенок не обязан вас любить только потому, что вы пришли и взяли его к себе. У вас свои мотивы, а он вас об этом не просил. У меня трое детей, и я прошла такое испытание трижды. Это путь, который надо проходить. И об этом надо говорить. 

Величко Юлия Викторовна, мама двоих приемных детей: 

— В детском доме ребёнок может быть замечательным: посадил его - он сидит, дал ему игрушку – он играет, кормишь – он ест, не кормишь – покричал. Но когда ты его приносишь домой, то понимаешь, что это не ангел. И уже рядом с ним не можешь быть доброй и пушистой, потому что, когда ребёнок орёт 24 часа на 7, вытворяет такие вещи, о которых ты даже не думал, что дети на такое способны, ты понимаешь, что ему нужна помощь. Здесь есть нюанс, психология именно приёмного ребёнка,  у которого в сердце сидит, что когда-то его бросили, от него отказалась его мама. И какой бы ты мамой ни была, он всё равно остается брошенным. У меня недавно ситуация была с дочерью, она кричит, а я понимаю, что она не на меня кричит, что это не в мой адрес: «Ты плохая, уйди от меня». Я ей сказала: «Дочка, я тебя не бросала, я тебя люблю, и я тебя никому не отдам». Она говорит: «А кто меня тогда бросил?» Важно было сказать, что это не я, это кто-то другой, а я ее люблю и готова терпеть даже её круглосуточные скандалы. После этого она успокоилась, и больше таких истерик не повторялось. Нельзя оставлять приемных родителей одних, им нужна поддержка. Было бы замечательно, если бы их сопровождали и помогали на протяжении года.  

Попова Ирина Николаевна, уполномоченный по правам ребенка в Воронежской области: 

— Надо менять систему – подбирать не ребёнка, а родителя. Мы должны выбрать ребёнку семью – вот зашёл родитель, начинай общаться. Если ребенок на тебя реагирует нормально, как на родителя, значит, контакт получится.

Лисавенко Марина Евгеньевна, мама троих приемных детей: 

— Знакомство с ребёнком – это не как в кино, когда вы заходите, их там 20 человек скачет, и тут у вас сердце дрогнуло к кому-то. По отношению к детям это бесчеловечно. Поэтому вам предлагают конкретного ребёнка, вы едете знакомиться. Я никого не выбирала, у меня по схеме классической: увидела, мы и остались. Поэтому для меня процесс «приехал – посмотрел, мне что-то не понравилось» непонятен, ты в животе его тоже не выбираешь, если он родился с ушами оттопыренными, так он с ними и будет. А когда как в кино – детей 20 человек и вы выбираете Колю, а не Васю и Машу, у них вопрос на всю жизнь будет: «А почему не я? Что со мной не так?» 

Нужно ли говорить ребенку, что он приемный?

Лисавенко Марина Евгеньевна, мама троих приемных детей:  

— Лет 13 назад мы забирали первого мальчишку. Ему было 7 месяцев. Тогда общество не было так открыто для этого. Приятно видеть, как это все меняется. Сейчас об этом можно и нужно говорить.

Величко Юлия Викторовна, мама двоих приемных детей: 

— У меня двое усыновленных детей 5 и 7 лет. Старшему мальчику не  было и месяца, когда мы забрали его, а дочке было 1,5 года. Я открыто говорю об усыновлении. Если строить отношения на лжи, то рано или поздно все станет явным. Мои дети знают, что они усыновленные. 

Какая работа проводится с мамами из группы риска?

Борисова Екатерина Игоревна, консультант отдела оказания лечебно-профилактической помощи матерям и детям департамента здравоохранения Воронежской области: 

— В отказе от новорожденных основная задача – это всё-таки профилактика. Приходит женщина в женскую консультацию, встает на учет, её поздравляют, всё хорошо вроде бы. И здесь важен индивидуальный подход к каждой женщине.  Могут возникнуть  настораживающие факторы и понимание: с этой женщиной что-то будет не так. Акушеры-гинекологи очень на эту тему настропалены. Кроме того, есть центр медико-социальной поддержки беременных, кабинеты почти каждой женской консультации. Выявляется группа риска, это больше 100 женщин, которые в течение года стоят на учёте и про них знают в пределах медицинской организации. 

Когда женщина идёт на контакт, с ней беседуют. Процент отказа после проведённой работы небольшой. Сложности возникают тогда, когда женщины не стоят на учёте. В 2013 году, когда такая работа только начиналась, доходило до 40 процентов отказа из группы риска, с годами тенденция снижалась, но группа риска у нас росла, потому что стало проводиться больше мероприятий по выявлению таких женщин. Но при этом сами отказы снижаются. В прошлому году – 15 процентов, в позапрошлом – 14 процентов. 

Для примера я приведу цифры – из 18 отказов за прошлый год только 2 новорожденных попали в Дом ребенка. Большая часть детей идут сразу под опеку. 

Долженков Андрей Васильевич, директор Дома журналистов: 

— Хочу уточнить, у нас есть такие ситуация, когда дети не являются официально отказниками, но при этом родители их не забирают и они где-то временно пребывают? Что с ними происходит?

Попова Ирина Николаевна, уполномоченный по правам ребенка в Воронежской области: 

— Есть постановление РФ 481 об организации для детей-сирот и детей, оставшихся на попечении. В нём написано, что если семья находится в трудной жизненной ситуации и есть другие обстоятельства, которые не позволяют воспитывать ребёнка в семье, то она может поместить ребёнка временно в эту организацию. Здесь ничего противозаконного нет. Наоборот, мы сохраняем для ребёнка семью, которая пытается выйти из этой ситуации. Например, мама лишилась работы в период пандемии. Не хватает средств. Она может поместить ребёнка, при этом может его навещать. Но это временно. 

Пенькова Ксения Юрьевна, руководитель организации «Общие дети»:  

— У нас есть палата для временного нахождения детей-отказников. Был такой случай – ребёнка нашли, поместили, прошли сутки, начали искать родителей, прибегает бабушка, которая узнает, что нашли её внука. Или другие родственники находятся. Больше трёх недель у нас никто в палате не держался. Кто поможет молодой маме справиться с проблемами, если родился ребенок  с ограниченными возможностями здоровья?

Краснокутская Алла Ильинична, главный врач КУЗ ВО «Воронежский областной специализированный дом ребенка»: 

— Если родился ребенок с ограниченными возможностями здоровья, решение принимает только мама. Большой проблемой становится её окружение. Не всегда семьи готовы принять таких детей. Но на моей практике были случаи, когда ребенка забирала его мама, иногда для принятия этого решения ей требовалось 3 — 4 года.

Попова Ирина Николаевна, уполномоченный по правам ребенка в Воронежской области:

— Когда рождается ребенок  с ограниченными возможностями здоровья, в первое время у мамы наступает шок. Что делать дальше? Справится ли с ним семья? И когда мама выписывается из роддома, прежде всего ей нужно оказать, психологическую помощь.  Рассказать ей, что ее ждет впереди. Как с этим справляться. Какую поддержку ей могут оказать. И не всегда мама отказывается от ребенка. 

Новицкая Екатерина Валерьевна, заместитель руководителя департамента социальной защиты Воронежской области: 

— В нашей области в разных ведомствах есть службы ранней помощи. Если семья хочет оставить такого ребенка, то есть возможность и реабилитации, и господдержки. В системе соцзащиты, например, есть центр реабилитации детей и подростков с ограниченными возможностями «Парус надежды». Учреждение принимает всех деток с ограниченными возможностями, а не только со статусом инвалидности. 

Попова Ирина Николаевна, уполномоченный по правам ребенка в Воронежской области: 

— За все время мне не попадались семьи, которые брали бы детей ради денег. Позывы должны быть другие. И таких семей очень много. Но ситуации, конечно, бывают разные. Со своим собственным ребенком порой бывает сложно справиться. А приемного и обидеть лишний раз жалко, и воспитывать нужно. И если в семьях возникают проблемы, то они могут обратиться за помощью в службу по сопровождению замещающих семей. Там им окажут помощь психологи, социальные педагоги, другие специалисты, в том числе медицинские работники. 

Пенькова Ксения Юрьевна, руководитель организации «Общие дети»:  

— У нас было примерно 10 случаев, когда нам звонили из роддомов или больниц и сообщали, что есть мама, которая думает отказаться от ребенка. Врачи и сами видели, что женщина хорошая, но не хватает ей какой-то помощи, одного шага, чтобы уйти домой с ребенком. Мы приезжали, разговаривали, уговаривали. 

Конечно, мы не могли исправить ситуацию, которая сложилась, но хотя бы давали возможность не думать о каких-то материальных потребностях. До года мы полностью обеспечивали ребенка питанием, кроваткой, коляской, одеждой. Кроме того, предлагали пообщаться с психологом. И 9 детей из 10 точно остались в семьях. С одной мамочкой мы до сих пор общаемся. Сейчас она говорит нам спасибо за то, что тогда мы с ней побеседовали, сама бы она не справилась.

Лисавенко Марина Евгеньевна, мама троих приемных детей: 

— Я хотела дополнить историю из жизни. Когда мой ребенок лежал в палате отказников, там была девочка с синдромом Дауна, оставленная на время. И дело было вовсе не в маме, она была готова забрать ребенка в любое время, но категорически против были муж и его родители. Они взяли год тайм-аута, за девочкой был хороший присмотр. За это время с семьей провели определенную работу, и они приняли ребенка.