Вера Полозкова в Воронеже: «Когда мои отношения распались, выяснилось, что я жду ребёнка»

Популярная поэтесса рассказала «МОЁ!» о непростой жизненной ситуации, во время которой она писала свою новую книгу «Работа горя»

Добавить в закладки

Удалить из закладок

Войдите, чтобы добавить в закладки

10

Читать все комментарии

5612

Вера Полозкова своим примером доказала: поэт — это не устаревшая профессия, книги стихов могут стать бестселлерами, а поэтические вечера – собирать сотни и тысячи зрителей. Вера выступила в Воронежском концертном зале 19 апреля. Одна из самых популярных российских поэтесс XXI века представила свою новую книгу с говорящим названием «Работа горя».

— «Работа горя» — это книга, которая собиралась, копилась, нарастала семь лет подряд, — рассказывает автор, — тяжелых лет, прекрасных лет, в течение которых родилось трое моих детей, был заключен и рассыпался мой брак, скрежетала и лопалась по шву привычная картина мира, начинались войны между самыми дорогими мне странами, уходили из жизни мои друзья... Это книга о том, как тесно переплетены в нас все эти состояния: бессилия, горечи, любви, ярости, смирения, отчаяния, упоения настоящим…

Перед концертом Вера очень искренне рассказала о непростой ситуации, в которой она создавала свой новый поэтический сборник.

— Вера, многие поклонницы вами восхищаются. Растить в одиночку троих маленьких детей (сыновьям Веры 7 и 3 года, дочке – годик. – «Ё!»), находить в себе внутренние силы, чтобы писать стихи, когда нужно думать ещё и о том, как прокормить семью, – это нужно иметь много душевных сил…

— Если бы мне десять лет назад кто-то рассказал, как все будет обстоять сейчас, я бы сочла это очень недоброй шуткой. Но у меня не оказалось выбора, и это снимает все вопросы. Есть данность, предстоит выжить в ней. У меня трое классных детей, которых нужно воспитывать одной. Плюс есть мама и еще некоторое количество людей, которые зависят от меня целиком. Я снимаю квартиру, мне нужно кормить и учить детей. То есть мне нельзя упасть, умереть, заболеть. Я не могу даже лечь погоревать лицом к стене: это роскошь — такое себе позволить. Так что восхищаться тут нечем. Веселья и восторга такая жизнь подразумевает мало, но я умею благодарить и за мелочи. Какое-то время у меня совершенно не было ощущения, что я справлюсь и что я смогу работать с тремя детьми. Но пришлось научиться, и я живу жизнь, которую люблю и строю сама. Все в ней — моя ответственность и результат моего выбора.

— Сколько времени продолжался самый сложный период?

— Два года. Я думаю, что мой развод пришелся на пик депрессии. Мне казалось, что новые отношения придадут мне новых сил. Но они скоро распались, и выяснилось, что я жду ребенка. Меня оставили с этой новостью наедине. Мне нужно было проехать восемнадцать городов с токсикозом, со всеми голосами вокруг, твердившими мне: сделай аборт, не устраивай дурдом. И потом еще ты узнаешь, что у тебя год не будет работы, потому что рождение твоего ребёнка совпало с началом пандемии.

— Знаю, что во время карантина вам приходилось одной сидеть с детьми и ещё работать. Кто вам помогал в это время?

— Мама и друзья. Мне кажется, я знаю все о недосыпе, выгорании и существовании в режиме экстремальных эмоциональных перегрузок. Но Бог дает нам испытания по силам. У меня очень классные друзья. Они находили для меня слова, находили способ помочь. Хотя бы привезти сковородку с едой, потому что готовить я просто не успевала. Или приезжали девчонки мои, занимали двоих старших мальчишек, чтобы я могла поспать.

— Сейчас вашей дочке годик. Начались гастроли, у вас вышла книга. Стало легче?

— Пока у меня режим предельно осознанного расходования энергии – хватает только на самое главное. Но недавно я стала позволять себе планировать какие-то путешествия! Мы были со средним сыном в Красной Поляне, со старшим — в Дагестане, мы собираемся на Алтай. Путешествия — это всегда было моей главной радостью и терапией. Теперь мне нужно все дорогие сердцу города и побережья показать трем самым любимым людям, и я это потихоньку осуществляю. Старший пять зим своей жизни зимовал в Индии, на океане, и это первая зима, которую мы целиком провели в России: самая снежная за полвека.

— А какая обстановка больше всего располагает к творчеству?

— Фрагменты текста, ритм — они приходят в самые непредсказуемые моменты. Когда ты предоставлен сам себе и когда перед тобой путь, который нужно пройти. Один текст я привезла из роддома: мне нужно было чем-то занимать мысли во время схваток, а это много часов. Ариша родилась, и я вернулась домой с дочерью и стихотворением. Художник Олег Кулик, услышав, что я Рыбы по гороскопу, дал мне важный совет: «Тебе нужно всегда держать воду чистой». Когда 90 вызовов в час, на тебя сыплются скверные новости, а ещё надо постоянно держать в фокусе детей и их дела — кормить, занимать, укладывать, конечно, тут не до работы. Я очень люблю поезда, потому что это время, когда ты можешь послушать, что внутри происходит. Одно из моих любимых стихотворений из книжки «Работа горя» — «Дожди стояли много дней» — написано за полчаса, пока я ждала подругу в киевском кафе.

Как Вера отметила свой самый счастливый день рождения, почему у неё непростые отношения с собственным днём рождения, чем её бесконечно трогают поклонники и поклонницы и в каком состоянии она абсолютно не способна писать стихи – читайте в «МОЁ! Плюс».

Новости других СМИ