Войдите, чтобы видеть уведомления на портале

Прислать новость Магазин

Чему нас учит расследование убийства 6-летней девочки в Воронежской области

Жительница Кантемировского района Татьяна Русина призналась, что в мае 2005‑го зарезала и сожгла ребёнка. И хотя она попала под подозрение с самого начала, ей удавалось избегать наказания долгие годы

Добавить в закладки

Удалить из закладок

Войдите, чтобы добавить в закладки

50

Читать все комментарии

30360

Давно у меня не было историй, которые пишешь – как у Высоцкого – на разрыв аорты. В этой истории, казалось, был будничный набор криминального чтива: убили ребёнка, судят соседку (реплики о цинизме в профессии принимаются). Только убийство это было почти 14 лет назад. А эту соседку подозревали сразу. И все 14 лет о ней шепталась вся деревня, где это случилось. А ещё…

То, во что изначально превратилось уголовное дело об убийстве 6-летней девочки, оказалось похожим даже не на липкое «мыло» в духе «убойной силы». Это ощущение тягучей, опустошающей сюрреальности.

6-летняя Люба Гращенко из кантемировской деревни Михайловка пропала 6 мая 2005-го. Последним человеком, с которым её видели, была Русина Татьяна Сергеевна – на тот момент 22 лет от роду. Русина шла по улице со своим сыном (Витя*, 2 года 8 месяцев) и Любой. Когда после исчезновения девочки к Русиной появились логичные вопросы, та отмахнулась: девочку видела, а куда она делась – не знаю. И так же легко, наотмашь, она сумела обмануть целую следственную бригаду, подвести под тюрьму родного человека, а потом жить. Рядом с матерью загубленного ребёнка.

Деревня Михайловка лежит так, что чужие в ней – как НЛО. Классический вариант российской глубинки, где через двор от друга – родственники. Очевидность – поиски ребёнка ограничивались самой Михайловкой. Приехала на тот момент ещё милиция, приехали прокуроры. И началось невероятное следствие, путеводной звездой которого стала – внимание – Русина Танька. Рабочая на местной ферме, девять классов образования. В детстве она отрывала живым гусятам головы, отрезала кошкам лапки. Выросла – гусят ей заменил родной сын Витя: о его ножки Таня тушила папиросные «бычки».

И вот такая «Таня» очень в раскрытии убийства девочки (хотя бы в убийстве никто не сомневался) тогда правоохранителям помогала. В её доме нечаянно оказывались записки от «похитителей». Где искать туфельки Любы, а потом её косточки – подсказала тоже она. Да что там – благодаря Русиной 14 лет назад, считай, обнаружился душегуб:

– Брат мой Сашка просил у меня бензин и лопату. И с мешком я его видела…

…В 2005-м до реформы МВД и образования Следственного комитета в России было ещё 6 лет. Я без нравоучений. Но то, что творилось тогда в нашей правоохранительной системе – пытки, «палки», деморализация – всё это мы прошли и помним. И потому мало на самом деле удивительного в том, что после живописного повествования полуграмотной девушки в кутузку поехал её брат. Что через неделю он – изрядно посиневший от «случайных ударов о дверные косяки», неоднократно «спотыкавшийся и падавший с лестницы» - написал чистосердечное: снасильничал над шестилеткой и задушил горемычную, а потом сжёг, каюсь.

По наводке Татьяны сначала под подозрение попал её родной брат Александр, но доказать его вину в суде не смогли. Сейчас он говорит, что «на Таньку не в обиде»
Фото Александра ЗИНЧЕНКО

Несчастного Сашку не посадили: у гособвинителя и судьи всё же оказалась совесть. Дело вернули на доследование, и оно благополучно оказалось в архиве на 13 лет, до весны 2018-го. Именно тогда выросший уже сын Татьяны Русиной – тот самый Витя – рассказал: «Любу Гращенко убила моя мама – ножом в спину. Она думала, я не видел. А я видел…».

За дело Любы берётся уже областное следственное управление Следственного комитета России.

Русина признаётся.

В деталях выдаёт картину убийства:

«Зарезала девочку за то, что та, играя, случайно толкнула её сына Витю, отнесла тело в посадку недалеко от своего дома, облила бензином».

Это её – Русиной – рассказ, и сейчас полиграф подтверждает: обстоятельства убийства Русина знает.  А эксперты выдают заключения на нескольких листах: туфли девочки 13 лет назад в поле были подброшены специально, записки от «похитителей» писала лично Русина, умышленно меняя почерк…

…В 2005-м детектор лжи в следственной практике уже применяли, но Русину на нём не проверили. Экспертизу записок тоже проводили, но подделку тогда не распознали. Из дома Русиной выгребали все ножи – проверить «на всякий случай», но «ничего не нашли». И никого из милиции и прокуратуры времен 2005-го за ЭТО не наказали.

К чему я веду? А к тому, что не могу кивать, когда меня убеждают: у нас нет правосудия, реформы правоохранительной системы – смена вывесок, кругом взятки и прочая нечисть. Я согласна – отчасти. В нашем Уголовно-процессуальном кодексе прописана очень интересная статья за номером 17: «Судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью».

Уловили? Ключевое здесь стоит во главе – «внутренние убеждения». Какими они были у большинства наших правоохранителей ДО всех реформ, можно представить хотя бы по тому количеству уголовных дел о пытках в милиции, которые потом появлялись во вновь созданном СКР. И по ним выносили обвинительные приговоры.

В Следственном комитете по всей стране и сейчас есть отдельный фронт работы – «дела прошлых лет». Вот примерно такие, как убийство 6-летней Любы Гращенко из деревни в двух сотнях километров от Воронежа. И довольно часто после перетряхивания замшелых архивов возникают картины, подобные кантемировскому мраку. Да, я делаю скидку на новые методики и технический прогресс в следствии: сейчас преступника может выдать случайно упавший с головы волос – готовый портрет его ДНК. Но я знаю также и судьбу 17-летней девочки, которую зверски – на грани человеческого осознания – убил маньяк, сидевший за изнасилование 17 детей, вышедший условно-досрочно, запугавший эту девочку и её мать до животного безвольного страха… Убил в том числе потому, что, когда мама девочки пришла в «тогда ещё милицию», ей сказали примерно так: твоя дочка шляется с большим дядей – разбирайся с ней…  Введите в поисковике «воронежский чикатило Сергей Заремба». Эта история одного убийства  – летопись разложения всей правовой системы в России,  отдельных её персонажей, их «внутренних убеждений».

…В системе и сейчас много нарывов. Это уже другие истории, о которых мы, журналисты, и я лично, говорим. Но.

- Знаешь, чем важны теперь дела, подобные делу убитой Любы Гращенко? – спросил меня один из следователей. – Тем, чтобы у людей осталась вера в справедливость.

А я скажу иначе: чтобы эта вера появилась.

*Имя изменено

13 февраля в Воронеже в облсуде Татьяне Русиной дадут последнее слово, потом – приговор. Репортаж из зала суда вы сможете прочитать на нашем сайте moe-online.ru. А подробности расследования громкого дела об убийстве 6-летней Любы и о том, что грозит Русиной спустя 14 лет – в свежем номере газеты «МОЁ!» от 12 февраля и в цифровой версии газеты plus.moe-online.