Дело бизнесмена, застрелившего своего экс-водителя, потерялось между судами

За восемь месяцев миллионеру, бывшему владельцу Борисоглебского мясокомбината Вячеславу Очневу, не смогли вынести окончательный приговор. Меж тем, больше половины срока давности уже прошло

10.01.2021 18:11
МОЁ! Online
25

Читать все комментарии

Войдите, чтобы добавить в закладки

Если бы мне сказали подвести свои итоги-2020, я бы ответила: «Закон» так и не повернулся к нам нужным местом и потому снова не смог немножко перед собой подравнять». Всё.

Почему именно так? В прошлом году в газете «МОЁ!» и в её цифровой версии «МОЁ! Плюс», помимо моего «душевно-человечного-до-слёз», вышло 14 расследований. Разных, не обошлось и ковидной темы, но большинство – криминал (для меня в этом слове всё больше оттеночных смыслов). После некоторых не хныкать – рыдать от бессилия. Перед всей «Системой ПРАВОсудия» – от полицейско/участковых низов до, собственно, судебной маковки. В каждом из них – ответы на вопрос в начале абзаца. А теперь тематические новости.

Вячеслав Витальевич Очнев, бывший учредитель Борисоглебского мясокомбината (ООО «БМК», одного из крупнейших в стране), миллионер, директор и/или владелец четырёх других предприятий – от привычных ему торгово-мясных, до охотньиче-рыболовного, вызывающего массу вопросов.

Роман Петрович Игнатьев, ничем не приметный среди тысяч борисоглебских ребят, шофёр с тремя детьми (двое маленьких и взрослая дочка от первого брака), мелкий авто-предприниматель.

Очнев – яркий всегда: вот фото с бывшим губернатором Алексеем Гордеевым, нынешним – Александром Гусевым. Кто есть разные парни «игнатьевы» в представлении разных ярких «очневых» – развивайте свои мысли сами.

Вячеслав Очнев несколько лет был гендиректором другого борисоглебского комбината — мясоконсервного, — где производят тушёнку для Росрезерва. Угощал и первых персон региона: сентябрь 2013-го, он с прежним губернатором Алексеем Гордеевым.
Фото voronezh.er.ru.

В конце 2019-го два этих воронежских провинциальных имени узнаёт вся страна. О фантастически-детективной трагедии «На охоте» я писала не раз и два, моё большое журналистское расследование по теме — 7 июля 2020-го в «МОЁ! Плюс», на нашем сайте «МОЁ! Online» последний раз —10 октября, где я многое подробненько напомнила. Хотя, стоп. Сейчас перечитываю свою же заметку… Опустила тогда то, что незадолго до трагедии Очнев, ещё хозяин ООО «БМК», вдруг, «усадил» своего личного водителя Игнатьева на своё же место – хозяина мясокомбината, продав тому «золотое предприятие» за 10 тысяч рублей, НО – оставив, однако, у себя в кармане в залоге. Но момент характерный, считаю нужным снова заметить особо.

Остановилась же я в прошлогодней октябрьской заметке на том, что 18 сентября Грибановский районный суд (чей служитель Андрей Силин до этого 22 мая прекратил дело о неосторожном причинении Очневым смерти Игнатьеву, поскольку тот «примирился» с родственниками Романа) в очередной раз направляет документы в Воронежский областной суд. Направляет снова Андрей Силин. Кто забыл – его «мировое» изначально обжалует районный прокурор Юрий Козлов, однако ж Облсуд заново судить Очнева не может – там у «мясного короля» работает дочка.

Дело идёт гулять по кассациям/апелляциям, описывает круг и возвращается в Грибановку. Но возникает новая жалоба – уже не прокурорская, а какая-то таинственная, об авторе которой мы тогда можем лишь намекать и разводить философию (может быть и т.д. и т.п., адвокат Андрей Гуркин, который мне лично ничего не опроверг и не подтвердил) с просьбой «изменить подсудность». В переводе с протокольного: жалобщик просит судить Очнева в другом месте, вероятно, сомневаясь – ждать ли на районе второго счастья. А в Грибановке, похоже, того и ждали: жалобу оперативно принимают и посылают… в область. Кстати, только сейчас заметила: посылает и.о. председателя районного суда Иван Жидких, получивший высокий чин – внимание – 22 МАЯ, в день вердикта коллега Силина. О, да, незримые совпадения плетутся через весь сюжет нашей трагедии.

Что до области, то она опять ожидаемо и тоже посылает талмуд очневских документов дальше, в Первый кассационный суд в Саратове. А иначе там поступить не имеют права: вспыхнет юридический конфликт интересов, который может срикошетить обывательским скандалом.

В конце 2020-го надо, думаю, проверить – и?

И – снова здравствуйте. Где уже изрядно потрёпанное дорожками «Почты России» дело борисоглебского бизнесмена Очнва, не знают ни в одном суде, где оно могло бы оказаться. Искала я его две последние недели декабря, спустя ТРИ МЕСЯЦА после жалобного старта из Грибановки.

Неминуемый и обязательный перевалочный пункт – тот же Первый кассационный суд в Саратове. Там выясняю: помнят они нашего бизнесмена прекрасно, последний раз «имели дело с его делом», действительно, в октябре. Жаловался на подсудность, действительно, защитник Очнева Андрей Гуркин: передаю ему – корившему меня три месяца назад в «сомнительных источниках» – пламенные поздравления с праздниками. Документы суд получил 15-го, 19-го вынес отказное.

Обратите внимание на последнюю строчку — ст. 401.3 УПК РФ
Скрин с сайта первого кассационного суда общей юристдикции

Звоню: «Почему?». Отвечают:

– Жалоба подана с нарушениями.

С какими именно, выяснить уже не успевают: предновогодняя суматоха, ковид и прочие беды. Завернули в Саратове и другую жалобу по делу – о ней я упоминаю в своей последней заметке – от близких застреленного Очневым Романа Игнатьева, просивших не менять грибановское мировое.

Жалоба от родственников погибшего
Скрин с сайта первого кассационного суда общей юристидикции

И после моего – «куда в итоге адвокатскую петицию отправили» – начинается увлекательная игра-«бродилка»: помните, были такие домашние хиты в 90-х, когда на большом листочке рисуют картинки, ставят вопросики и веер стрелочек (ответил так – налево ходи, эдак – прямо), и с упоением шлёпают напёрстком.

Нет очневского дела ни если прямо, ни влево, ни вправо – и точка! С собственным источником, уже 29 декабря, раскапываю: 27 ноября Саратов командировал его почти за 600 километров – в Липецк, чтобы теперь местный Областной суд решил, наконец, судьбу воронежского миллионера-бизнесмена. Выбор хода, надо понимать, логичный: до нас оттуда всего 120 – 130 км. «В точку!» – соглашается источник.

Осаждаю липчан. 30 ДЕКАБРЯ, время после 12-ти. «Перерыв, теперь все в актовом зале, теперь уточняем, выясняем, надо спуститься/подняться, вы же понимаете – ещё этот ковид…» НЕТ дела.

Поздравляем друг друга, прощаемся до 11 января нового года.

… 10-го я всё же написала эту заметку. По 1 части 109 уголовной статьи о «неосторожном причинении смерти», на которую грибановские следователи СКР за несколько часов вывернули свой вариант о чётком умышленном убийстве и в итоге по ней Очнев «помирился» с близкими Игнатьева, срок давности — 2 года с отсчётом от даты ЧП (она в представлении нашего законодательства среди самых лёгоньких, «нетяжкая». После 30 октября 2019-го, когда погиб Роман, прошло уже 13 месяцев и 11 дней. И мне кажется – надо. Ещё раз, на всякий случай, просмотрев открытую картотеку на сайте Липецкого облсуда: вдруг почтовый дед мороз из Саратова за 44 полных дня туда дотопал. Это 13 КИЛОМЕТРОВ в сутки. Хорошо, скида на три официальных праздничных выходных 1 – 2 и 7 января и одно воскресенье 3-го – 40 дней, 15 КИЛОМЕТРОВ. Впрочем, о почте – здесь.

Завтра продолжу играть.