Мать обвиняемого в убийстве: «Сына все любили и любят»

Трагедия в воронежском общежитии больше года назад потрясла город. По версии следствия, 23 мая прошлого года в общежитии ВГУ студент Данила Б. нанёс шесть ножевых ударов своему соседу Максиму П. — 23‑летний парень скончался на месте. Нападение произошло ранним утром, когда Максим спал.

Сейчас дело рассматривает Коминтерновский районный суд — заседания неоднократно переносились из‑за проблем с доставкой обвиняемого. Корреспонденты «МОЁ!» побывали на одном из заседаний в понедельник, 31 августа. О чём рассказывали свидетели и почему журналиста «Ё!» удалили из зала суда — в нашем материале.

Шесть ударов ножом

Максим П. не дожил месяц до 24-го дня рождения и три недели — до защиты диплома. В комнате 209 общежития № 5 на улице Хользунова, где два парня из Белгородской области прожили бок о бок больше пяти лет, разразилась страшная трагедия. Шесть ударов ножом — в голову, шею, руки, ноги. Удар в шею оказался смертельным. Сосед Максима Данила сел в первый попавшийся автобус, доехал до Аннинского района и там сдался полиции.

Тогда какие только версии о причинах случившегося не перетирались в студенческих кулуарах — фигурировали запрещённые вещества, которые якобы свели с ума парней, поговаривали и чуть ли не о ритуальном убийстве. При этом многие были единодушны: от этих тихих неконфликтных парней никто не ожидал ничего подобного.

Прошло больше года. Теперь Коминтерновский райсуд пытается разобраться, мог ли прилежный студент, не состоявший на учёте у психиатра и никогда не замеченный в агрессии, сделать такое — и было ли это вообще таким, каким кажется на первый взгляд.

Отменилось шесть заседаний

31 августа состоялось фактически третье по счёту заседание по делу Данилы Б., хотя материалы дела были переданы в суд ещё зимой. Судья Юлия Шнибаева то и дело откладывала слушания: СИЗО не доставлял обвиняемого. Проблема с конвоем — почти постоянная. Из-за неё отменилось шесть заседаний! В понедельник ждать начала пришлось почти два часа — по той же причине.

На этот день был назначен опрос свидетелей. Из четырёх вызванных в суд явились двое — мать обвиняемого Юлия Сергеевна и соседка по общежитию Софья Г.

Посудимого Данила Б. доставили в зал под конвоем. Короткий ёжик светлых волос, бледное лицо, зелёная футболка, светлые брюки. По словам знавших его до ареста, за год он сильно похудел. В клетке сидел по-детски: поставил ноги носками внутрь, свесил руки между коленями. Больше всего он был похож не на убийцу, а на испуганного долговязого ребёнка, который не понимает, как здесь оказался.

«Увлекался футболом, любил шахматы»

Первой допросили мать парня. Женщина с простым растерянным лицом на сына почти не смотрела. Она рассказала, что семья обычная: до окончания школы Данил жил в Белгородской области — с ней, отчимом, младшей сестрой и бабушкой.

 «Был обычным, нормальным парнем. Все его любили, то есть любят», — поправила она себя. Сын, по её словам, сдержанный, никогда ни с кем не дрался. Увлекался футболом, играл в шахматы. Травм головы не получал, на учёте у психиатра не состоял.

Поступил в ВГУ. Первое время жил в комнате с двумя парнями — Максимом и Славиком. Отношения были нормальными. Конфликты начались, когда Славик съехал.

Вдвоём Максим и Данила прожили около двух лет. По словам матери подсудимого, он жаловался: «Максим курит в комнате, не следит за порядком». Женщина говорила, что конфликты вспыхивали периодически. Данил даже просил мать снять квартиру, но у семьи не нашлось для этого денег. По её словам, сын готовился защищать диплом и просил у Максима помощи, но тот отказал.

Мать и сын созванивались каждый день. Накануне трагедии — тоже. Сын показался ей грустным. Женщина подумала, что он переживает из-за диплома. Но он, по её мнению, не производил впечатления человека на грани.

Потом позвонили из полиции и рассказали о случившемся. Она не поверила. Сын взял трубку и говорил что-то непонятное. Она была так потрясена, что вообще не поняла, что произошло. Говорит, уже потом, на свидании, видела, как её сын раскаивается.

«В тихом омуте»

Второй свидетель — Софья Г., второкурсница факультета географии, геоэкологии и туризма. На момент трагедии жила в том же блоке общежития, через три комнаты от 209-й.

Тогда, 23 мая, часов в восемь-девять в общежитие пришла полиция. Сначала девушки подумали, что это обычная проверка. Потом услышали голоса полицейских. Стало понятно: произошло что-то серьёзное.

— Конечно, был страх, — рассказывала Софья журналисту «Ё!». — Мы не знали, где убийца и что произошло.

Из общежития в тот день никого не выпускали. На полу оставались кровавые следы. Дверь в комнату была закрыта, и на ней якобы тоже были кровавые пятна. Что именно произошло внутри, как именно наносились удары — никто из соседей не слышал. Шума из комнаты 209 никогда не было слышно — ни раньше, ни в ту ночь, рассказывала на суде девушка.

Максима Софья знала хорошо.

— Общались. Приветливый, милый, хороший мальчик. С ним большинство студентов из общежития были знакомы. Он постоянно курил возле крыльца, с ним все болтали. Обычный парень. А вот Данила — другое дело. Очень тихий. Как-то с ним некомфортно даже было находиться один на один. Когда на кухне встречались, хотелось наладить с ним контакт, заговорить, но он не шёл на него. Отмалчивался, уходил сразу, — вспоминала Соня.

Друзей, по её словам, у Данилы, помимо Максима, она не видела.

— Как я боялась таких людей — замкнутых, очень отстранённых от общества, — так и продолжаю их сторониться, — говорит Софья. — Потому что недаром говорят: в тихом омуте черти водятся.

Впрочем, конфликтов между соседями она не наблюдала. Шума не было. Когда она заселилась, парни жили вдвоём.

Одна из деталей, которую Софья упомянула в разговоре с журналистом «Ё!»: полиция, придя в общежитие, спрашивала соседей, не являются ли парни «какими-то сектантами». В комнате будто бы нашли много странных книг, предположительно религиозных. Потом, когда соседей вызывали в Следственный комитет, говорили, что в телефоне обвиняемого нашли какие-то странные рецепты, непонятные записки в заметках. Подробностей не раскрывали — но сам факт того, что следствие интересовалось такого рода материалами, повис в воздухе.

«Без тебя скучновато»

Когда прокурор зачитывала переписку парней, которой они делились в одной из соцсетей, возникло недоумение. Никакого конфликта. Нормальные сообщения нормальных приятелей: «Как дела? Когда приедешь?» — «Уже побегал сегодня». — «Без тебя скучновато, некому жаловаться на то, что всё болит». — «Посмотри, где моя зачётка?» — «Возьми в магазине моё любимое печенье». Обсуждали футбольные трансляции, погоду, билеты. «Я уже хочу в армию, мне надоел этот комп», — писал Данила. Почти до последнего дня в переписке никакого намёка на неприязнь или что-то в этом духе.

Сразу после случившегося Б. первым делом зашёл на сайт автовокзала — смотрел, как купить билет. Потом искал, что грозит за убийство. Дальше — сделал фотографию клинка ножа. Прокурор с пулемётной скоростью зачитывала протокол осмотра места происшествия. В нём несколько раз мелькало описание мужского белья с пятнами бурого цвета...

После опроса свидетелей тех, кто не имел прямого отношения к делу (в частности, журналиста «Ё!»), попросили покинуть зал. Часть заседания прошла в закрытом режиме. Оглашали медицинские заключения, которые не подлежат разглашению. Насколько удалось понять, речь шла о психическом состоянии обвиняемого.

Адвокат Б. напустил такого тумана и так отбивался от журналиста, что невольно заставил задуматься: в этой истории есть что скрывать. Или, по крайней мере, что не показывать.

«Гром среди ясного неба»

Оба студента учились на факультете географии, геоэкологии и туризма ВГУ. Корпус — в нескольких сотнях метров от общежития. На втором курсе магистратуры.

Декан факультета Семён Куролап узнал обо всём в командировке — позвонил проректор по воспитательной работе. «Как гром среди ясного неба», — сказал он. На каждого из парней написал положительные характеристики. Учились нормально: в основном хорошо и отлично. Неконфликтные. Причины ему непонятны.

...Максима похоронили 25 мая 2025 года в Белгороде. Данила Б. остаётся в СИЗО. Ему грозит до 15 лет лишения свободы по части 1 статьи 105 УК РФ «Убийство». Но что именно произошло в комнате 209 на седьмом этаже общежития № 5 в ту ночь, суд продолжает выяснять. Следующее заседание, на котором продолжится опрос свидетелей, состоится в конце сентября.