Уцелела только одна. Из свадебного путешествия — прямиком в ад

Ровно 45 лет назад, 24 августа 1981 года, пассажирский Ан-24 после 4-часовой задержки взлетел с аэродрома Комсомольска-на-Амуре и взял курс на Благовещенск. Выполняли полёт пять членов экипажа. В 50-местном салоне расположились 27 пассажиров, среди которых был и ребёнок. В хвостовой части самолёта сидели молодожёны Лариса и Владимир Савицкие. Они возвращались из свадебного путешествия…

К точке невозврата

Полёт проходил нормально. Ан-24 занял эшелон 5 400 метров. Диспетчер связался с экипажем, когда тот находился в 112 километрах от посёлка Архара, что в Амурской области, примерно в 200 километрах от Благовещенска.

В то же время с военного аэродрома Завити́нск на разведку погоды взлетели два тяжёлых бомбардировщика Ту-16. (Автор этих строк не раз «сопровождал» самолёты этого класса, обеспечивая радиосвязь, принимал от бортрадистов зашифрованные донесения. Каждый такой вылет имел статус высокой важности. Такие полёты, как правило, выполнялись парами, ведомый следовал за ведущим, идя «уступом», «правым пеленгом»).

Маршрут реактивных военных самолётов, длина которых без малого 35 метров, а размах крыла — 33, пересекался с линией гражданской авиации Бурея — Чегдомын на высотах 4 200 — 4 500 метров, затем бомбардировщикам предстояло набрать высоту. Данные о пересечении бомбардировщиками воздушного коридора у гражданских диспетчеров имелись. В общем-то рутина. И всё-таки невозможное произошло! Над облаками, при полном солнечном освещении и отличной 10-километровой видимости! В 15 часов 21 минуту ведомый Ту-16 на высоте 5 200 метров примерно в 70 километрах восточнее города Завитинска столкнулся с тем самым Ан-24.

Чудовищной силы удар разрушил оба самолёта. Заправленный под завязку реактивный бомбардировщик упал и взорвался. Благо это был лишь «разведчик погоды» без ядерного оружия на борту! Все шесть членов экипажа Ту-16 покинуть самолёт не успели и погибли при взрыве.

Ан-24 начал разваливаться в воздухе. Оторвало крылья, развалился фюзеляж. Позже поисковики доложат, что фрагменты Ан‑24, тела погибших пассажиров, багаж разбросало в труднодоступной местности на площади около трёх квадратных километров.

В те минуты участь экипажа и пассажиров была предрешена. Но…

Судьба пощадила спящую

Иногда судьба вытаскивает из своей засаленной колоды счастливую карту и одаривает ею ничего не подозревающего, а в этом случае так и вообще спящего человека! Того самого, который сидел пристёгнутым в кресле в оторвавшейся хвостовой части Ан-24. Это была 20-летняя студентка Лариса Савицкая, возвращавшаяся с мужем Владимиром из свадебного путешествия. В момент столкновения она действительно сладко спала, положив голову на плечо любимого. Проснулась от сильного удара, грохота и ледяного потока воздуха. С этой секунды и началось то невероятное падение с более чем пятикилометровой высоты.

— А ведь перед взлётом провод­ники просили пассажиров пересесть в носовую часть салона, — вспоминала позже девушка. — Все они погибли. А мы с мужем остались в хвосте. Здесь меньше ощущалась вибрация. Я села у окна, Вовка рядом. Заснули. И тут — удар. Первое, что увидела, — лицо мужа всё в крови. И как-то сразу поняла, что его уже нет. Я же сильно ударилась о кресло, стоящее впереди. Потеряла при этом зубы, получила сильные ушибы. Видела, как разламывается самолёт. И мне вдруг от боли, от потери Володи стало всё безразлично. Ни страха, ни эмоций.

А самолёт продолжал кувыркаться и разрушаться. Лариса вывалилась из кресла в проход. Придя в сознание, втянула себя в другое кресло у иллюминатора.

И вдруг в памяти вспыхнул эпизод фильма, основанного на реальных событиях, который они с будущим мужем посмотрели буквально накануне свадьбы: в 1971 году 17-летняя немка Юлиана выпала во время катастрофы с огромной высоты из авиалайнера над перуанскими джунглями и спаслась, единственная из всех пассажиров! В непроходимых джунглях она смогла сориентироваться и раненой выйти к людям.

Спаслась, как в кино

История повторилась. Только советскую студентку пединститута Ларису выбросило с большей высоты и не над джунглями, а над непролазной тайгой.

Там, в кувыркающемся обломке самолёта, Лариса вспомнила не только сюжет фильма, но и рецепт спасения Юлианы: вжаться в кресло, упереться ногами и сгруппироваться в момент удара. Так она и поступила. Ждала удара.

Сколько длилось её падение с высоты пять километров Лариса точно не помнит.

— Минут семь-восемь, но казалось, что целую вечность.

Её спасло то, что это был крупный фрагмент самолёта, с несколькими рядами кресел и кусками пола и обшивки. Временами он планировал, падение его замедлялось. Последний удар пришёлся на березняк и болотистую почву. Деревья и мягкая поверхность погасили энергию упавшего обломка.

Девушка ещё успела увидеть зелёный массив, но от столкновения с землёй потеряла сознание.

— Пришла в себя часов через пять, уже вечером. Вокруг были разбросаны тела погибших. Среди них был и мой Вовка.

Пошёл дождь. Навалились страх и холод. На Ларисе было только лёгкое платье. Неподалёку отыскался чей-то плащ. Чтобы спастись от холода, укрылась чехлами с кресел. На голову надела полиэтиленовый пакет. Так спасалась от беспощадной мошкары и комаров. Жажду утоляла грязной водой из лужи.

Так провела первые два дня. В кошмарном окружении мертвецов, с выбитыми зубами, со сломанными рёбрами и челюстью, с распухшим от укусов мошкары телом.

Поиски погибших — а там, на Большой земле, погибшими считали всех, кто летел на этом Ан-24, — начались лишь после того, как кончился дождь. Она видела эти самолёты и вертолёты, махала им яркой тряпкой. И её заметили! Но… приняли за участника геологической партии. Ведь среди этих обломков живых быть просто не могло.

На третий день Лариса услышала голоса. Что это? Галлюцинации от голода и боли? Нет, это были солдаты, цепью прочёсывавшие тайгу. Её уложили на шинель, бегом доставили на стоянку поискового вертолёта и отправили в Завитинскую районную больницу. Здесь диагностировали сотрясение мозга, переломы рук, рёбер, повреждение позвоночника. И всё-таки Лариса осталась жива!

Как это могло случиться?

Комиссия работала долго. Причиной катастрофы признали недостаточную согласованность в действиях военных и гражданских пилотов и диспетчеров. Да и информация не дошла вовремя: Ан-24 появился на участке трассы Бурея — Чегдомын на 4 часа позже, а время взлёта Ту‑16 было скорректировано, но не доведено до «гражданских».

Может быть, и так. Но один авиационный радист, капитан М., летавший как раз на дальних бомбардировщиках, к которым относится и Ту-16, рассказывал автору, как был поражён, впервые попав на борт стратегического ракетоносца, патрулировавшего над Индийским океаном: самолётом управлял автопилот, экипаж спал! Первый раз возмутился, потом привык. Ну, как говорится, за что купил. Да и там был океан, а тут полным-полно гражданских самолётов.

Естественно, это воздушное происшествие, тем более с участием военного самолёта и гибелью шести офицеров-лётчиков, было тут же засекречено. Савицкой строго запретили говорить о нём вообще с кем бы то ни было.

Ей выплатили «страховые» — 75 рублей. Инвалидность не присвоили. Через год она уже вернулась в институт. Позже работала школьным учителем. Родила и воспитала сына.

В 2021-м её история стала сценарной основой для фильма «Одна» (18+). Консультируя создателей картины, Лариса остро переживала и те дни, и мгновения, и гибель любимого мужа. И тем не менее работу над этим фильмом-катастрофой считала очень важной. Ведь её опыт может пригодиться кому-то ещё.