«Наша жизнь разрушена, погиб ребёнок. А виновнику — принудительные работы»
Мать погибшего в ДТП мальчика рассказала о страшной аварии и несправедливом, на её взгляд, приговоре
Семья москвичей возвращалась нынешней весной от родственников в Волгоградской области на машине. На 619-м километре трассы Р-22 на них со встречной полосы вылетел жигулёнок. От лобового удара автомобиль Nissan Teana, в котором ехала семья Ивановых, в свою очередь выбросило на встречку, где они врезались в фуру. Машину отбросило на отбойник.
12-летний Матвей, сидевший на заднем сидении иномарки, скончался на месте. Его мать получила тяжелейшие травмы и стала инвалидом, отец сломал грудину и получил ушиб сердца.
Борисоглебский городской суд 11 ноября назначил 25-летнему виновнику аварии четыре года принудительных работ. Несколько дней назад Наталия Иванова опубликовала в соцсетях пост, полный отчаяния. «Суд вынес вердикт — и он несправедлив. Пока люди не согласны — есть надежда, что несправедливость не станет последним словом», — написала она. Семья Ивановых возмущена таким решением и вместе с прокуратурой готовят апелляцию.
«Помню только — на нас летит машина»
Наталия говорит спокойно, чётко формулирует, как и положено педагогу. Она учитель физики в одной из московских школ. На момент аварии ей было 37, её мужу, который работает водителем в министерстве иностранных дел, — 42. Хладнокровие изменяет ей лишь раз — когда начинает рассказывать о сыне. Несколько минут не может вымолвить и слова. «Очень трудно», — сдерживая слёзы, произносит она...
Авария случилась 3 мая 2026 года. Семья возвращалась от родителей, которые живут в Камышине Волгоградской области.
— Утром выехали, в девять заправились, — вспоминает Наталия. — И на трассе Р-22 я увидела, что на нас со встречки летит машина. Уйти от лобового шансов не было — там отбойники. Если бы этот водитель прижался к отбойнику и дал нам пройти между фурой, мы бы царапинами отделались. Но за рулём сидел молодой парень, видимо, неопытный. Он тормозил, метался, вилял, не знал, куда деться, — вспоминает то страшное утро женщина.
В криминальной сводке об этом происшествии писали так: «3 мая 2026 года ВАЗ-11183 «Лада», двигавшийся по трассе Р-22, выехал на встречную полосу и столкнулся с Nissan Teana, в котором находилась семья И.».
От удара иномарку выбросило на встречку, где шла фура, затем машину отбросило на отбойник... Случившееся заняло несколько секунд.
— Я помню только, как на нас летит машина. В момент удара мы все выключились, — вспоминает Наталия.
Она очнулась, когда чужие люди ломом выбивали заклинившую дверь. Первыми к месту аварии подбежали те, кто двигался следом, — в соседней, всего в трёх — четырёх машинах позади, ехали родной брат Наталии и её 16-летняя дочь Маргарита, которая утром пересела к дяде на заправке.
— Брат потом рассказывал: «Вижу — машины тормозят, кто-то уходит на обочину, и тут в воздухе летит чёрная машина. Останавливаюсь и понимаю — это же ваша машина…» Это всё произошло у них на глазах. На глазах моей дочери, — тяжело вздыхает женщина.


«Это со мной навсегда»
16-летняя Маргарита — отстегнула брата, сидевшего на заднем сиденье, взяла его на руки.
— Его рвало, она его держала. Он потерял сознание. Через десять минут приехала скорая, ему пытались помочь, но вынуждены были констатировать смерть, — рассказывает мать.
Сама она в момент аварии не могла даже повернуться, чтобы посмотреть, что с сыном.
— Я слышала, как он стонал, но ничего не могла сделать. Даже посмотреть, — произносит она. — Муж Дмитрий был зажат между рулём и сиденьем, ему защемило ноги.
Маргарита потом написала об этом сама. «Матвея не стало у меня на руках. Я держала его последние минуты. Мне шестнадцать, а я уже знаю, как это — потерять брата. Это со мной теперь навсегда».
Водитель «Лады», по её словам, подошёл к ней прямо на трассе — спросил, кем она приходится пострадавшим. Узнав, что перед ним сестра погибшего мальчика, не сказав ни слова, пошёл прочь. «Он просто развернулся и ушёл. Никаких извинений, никаких слов», — вспоминает Маргарита.
Тяжкий вред
По заключению судебно-медицинской экспертизы от 9 июля 2026 года Наталии причинён тяжкий вред здоровью, опасный для жизни: переломы девяти левых рёбер, компрессионный перелом первого поясничного позвонка, переломы обеих лодыжек, сотрясение головного мозга, множественные ссадины и ушибы. Позднее её признали инвалидом.
Муж Дмитрий перенёс перелом грудины, ушиб правого лёгкого и сердца, сотрясение мозга и разрыв крестообразных связок.
Наталия три дня приходила в себя в реанимации борисоглебской больницы. Потом её увезли в Воронеж, оттуда — в московский НИИ имени Склифосовского. 1 июня ей прооперировали позвоночник и поставили специальную систему.
— В «склифе» сказали: система может продержаться и полгода, и десять лет, но операция по замене позвонка нужна в любом случае. Дали полгода на то, чтобы я пришла в себя после нескольких пережитых операций, а потом снова — под нож хирурга, — рассказывает она.
Она заново училась сидеть, ходить, но главное — жить без сына. Сегодня она передвигается с тростью и вернулась в школу: «Сидеть дома невыносимо».
Похоронить своего ребёнка Наталия не смогла — 16 мая, почти через две недели после аварии, она ещё лежала в больнице. Похороны организовали родственники, друзья и коллеги.

«Даже слова не сказал»
Про виновника аварии Наталия и её семья знают немного. Ему 25 лет, житель Поворинского района, работает слесарем. Недавно женился. Водительский стаж у него около пяти лет.
По словам Наталии, после ДТП он не оказал помощи пострадавшим, сославшись на то, что у него нет медицинского образования.
— На суде он рассказывал, что помогал нам. Я видела, кто ломал дверь машины, — его там не было, — говорит она. — Полгода он не выходил с нами на связь. На трёх судебных заседаниях ни разу не произнёс и слова раскаяния.
Ключевым на процессе стал ролик с видеорегистратора семьи.
— Было видно, как он пересёк сплошную и обогнал две машины перед собой, — говорит Наталия. — И понял, что назад уже не вернётся. Он проехал часть фуры. На суде он сказал, что его не пустил назад какой-то белый автомобиль. Но на съёмке видно, что он уже зашёл на встречку и часть фуры проехал, никакого белого автомобиля там не было.
У виновника аварии, по словам потерпевших, тоже были травмы — он ударился головой и лечился стационарно. Его жена, сидевшая рядом, влетела в лобовое стекло — получила порезы и ссадины. На заднем сиденье ехала его сестра. Но на суде, по рассказам семьи, они заявили, что не пострадали.
«Когда узнала про приговор — заплакала от бессилия»
Суд в Борисоглебске шёл с 9 октября. Сначала подсудимый ходатайствовал об особом порядке рассмотрения дела — с признанием вины, при этом подсудимый мог получить не более двух третей максимального срока.
— Мы не согласились, — говорит Наталия. — Заседания продолжились 26 октября и 10 ноября.
На каждый суд семья моталась из Москвы. Приговор огласили 11 ноября.
— Я плохо себя чувствовала, и мы уехали накануне. Каждый раз слушать перечисление травм моего ребёнка — это очень тяжело, — призналась она.
Женщина была уверена, что суд всегда на стороне потерпевших, именно поэтому не стала нанимать адвоката, и уехала накануне приговора. Прокуратура просила четыре с половиной года колонии, и семья Ивановых с этой мерой была согласна. На такое наказание они и рассчитывали.
Приговор: четыре года принудительных работ и возмещение морального вреда (миллион рублей — сестре Маргарите, два миллиона матери и 850 тысяч отцу).
— Когда я узнала про приговор, заплакала от бессилия, — призналась журналисту «Ё!» женщина. — Ощущение полной несправедливости. Четыре года принудительных работ — это самое мягкое наказание из возможных. Даже не колония! Погиб ребёнок, я осталась инвалидом… Почему суд оказался к нему так снисходителен? — Возмущается она.
Семья добивается пересмотра дела: готовит апелляционную жалобу, апелляцию подаёт и прокуратура Борисоглебска. Одновременно Ивановы направляют обращения в Генпрокуратуру России и председателю Следственного комитета РФ Александру Бастрыкину. Требуют справедливого наказания для водителя, которого считают виновным в смертельной аварии

…О сыне Наталия говорит с трудом, долго подбирая слова.
— Матвей занимался карате, входил в сборную клуба «Айсберг», хорошо учился, был чутким и всегда помогал нам. У него всё только начиналось, — еле выдавливает она.

Наталия преподаёт в школе, где учился и её сын. Каждый раз, когда она видит его одноклассников, у неё перехватывает горло.
— Конечно, никакой, даже самый суровый приговор не вернёт мне моего ребёнка, — говорит мать. — Но человек, который так жестоко обошёлся с моей семьёй, должен получить адекватное наказание. То, что он получил, таковым не является.
Редакция газеты «МОЁ!» будет следить за тем, как будут разворачиваться события дальше.