Куда переселяют подопечных психоневрологических интернатов Воронежской области

Встреча министра социальной защиты Воронежской области Ольги Сергеевой с журналистами, которая состоялась 7 октября, стала для нас поводом задать важный вопрос. О людях, которых общество не всегда замечает — пациентах психоневрологических интернатов.

Психоневрологические интернаты — не психиатрические больницы. В такие интернаты принимают людей не с психическими заболеваниями, а с выраженной умственной отсталостью. Кто-то попадает сюда в зрелом возрасте — в основном после смерти ухаживавших за ним родителей. Кого-то в интернат отправляют сами родственники. Так как самостоятельно жить в обществе такие люди не могут, интернат для них — это на всю жизнь.

Ещё с советского времени к психоневрологическим интернатам (ПНИ) относились по остаточному принципу. В Воронежской области переломным моментом в отношении к подопечным ПНИ стал пожар в интернате села Алфёровка Новохопёрского района, случившийся в ночь с 12 на 13 декабря 2015 года. Он унёс жизни сразу 23 человек, 24 человека пострадали.

«По бумагам в сгоревшем корпусе психоневрологического интерната была сделана реконструкция, потрачены деньги, — констатировал тогда министр по делам чрезвычайных ситуаций России Владимир Пучков. — А внимательно посмотрите: реально это обычный деревянный барак, обложенный кирпичом. Деревянные оштукатуренные перегородки и перекрытия, никакой пропитки нет, никаких компенсирующих мероприятий, которые должны быть на месте, их нет».

На месте сгоревшего интерната в Алфёровке построили новый, модельный. Одновременно с этим в нашей области начались реконструкция и расселение других интернатов. Мы поинтересовались у Ольги Сергеевой, как эта работа продолжается сейчас.

Как рассказала министр, в стационарных учреждениях, подведомственных министерству соцзащиты около 5 тысяч подопечных. 2 тысячи из них — инвалиды и пожилые люди. Они живут в домах инвалидов и областном геронтологическом центре. 3 тысячи — жители Воронежской области с ментальными расстройствами. Это как раз подопечные 20 психоневрологических интернатов. Психоневрологические интернаты сейчас переименовали в центры реабилитации и социализации.

— Мы себе поставили задачу перемещать пожилых людей в новые пансионаты, которые у нас построены, — рассказала Ольга Сергеева. — А людей из ментальных центров реабилитации и социализации перемещать в приемлемые условия, из которых съехали пожилые и инвалиды.

То есть, в здания, из которых переехали дома инвалидов, «переселяются» центры реабилитации и социализации. Так недавно был полностью расселён Оробинский центр в Верхнемамонском районе и частично расселён Борский центр в Рамонском районе.

В Лисках сейчас завершается капитальный ремонт здания бывшей центральной районной больницы. Оно также превратится в центр реабилитации и социализации и примет подопечных с ментальными расстройствами. В Таловском доме социального обслуживания завершается капитальный ремонт здания на 80 мест.

Здание на 100 мест в Кантемировке приняло людей с ментальными нарушениями из соседней Белгородской области — в Воронежскую область вынужденно переехал дом социального обслуживания из Грайворона. Этот районный центр расположен всего в пяти километрах от границы с Украиной и постоянно подвергается массированным обстрелам.

Также, как рассказала Ольга Сергеева, в наш регион были эвакуированы пожилые люди из гериатрического пансионата города Голая Пристань в Херсонской области. Голая Пристань расположена в 18 километрах от Херсона. Сейчас она находится по сути на линии боевого соприкосновения и практически разрушена.

В Верхнем Мамоне в 2028 году в рамках федеральной программы планируется построить новый пансионат для пожилых людей. После его заселения освободится одно из зданий ныне существующих пансионатов, и в это здание переедут люди с ментальными нарушениями.

Последний вопрос из беседы с Ольгой Сергеевой и ответ на него позвольте процитировать дословно.

— В связи с возвращением участников СВО увеличится ли потребность в подобных пансионатах разного типа — для инвалидов и для людей с ментальными нарушениями?

— Прогнозируя такую возможность, мы «держим» отделения для этого направления. Но сейчас вот пока нет. Но мы способны принять таких людей. Ещё раз повторяю — мы к этому готовимся, потому что ничего исключить невозможно.