Ветеран войны пожаловался, что в БСМП санитарки его толкали и били по лицу

87-летний Павел ХОХЛОВ, лежавший в больнице в марте с переломом шейки бедра, до сих пор не ходит и не встаёт с кровати

12.05.2016 17:58
МОЁ! Online

Читать все комментарии

Войдите, чтобы добавить в закладки

Сегодня, 12 мая, корреспонденты «Ё!» побывали в гостях у ветерана Великой Отечественной войны Павла Хохлова, чья история пребывания в больнице скорой медицинской помощи № 1 стала поводом для многочисленных проверок и возбуждения уголовного дела по статье «Халатность».

Напомним, историю Павла Андреевича 8 мая описал в своём блоге друг семьи Сергей Могловец. По его словам, Павел Хохлов 16 февраля сломал ногу. В бесплатной скорой ему якобы отказались помочь — не было санитаров, чтобы погрузить больного в машину. Пришлось вызывать платную скорую. Уже с загипсованной ногой пенсионер ещё раз упал и сломал шейку бедра. В итоге пенсионер попал в БСМП №1. По данным автора публикации, во время госпитализации врачи под разными предлогами отказывались помогать бесплатно. В частности, пациента, уже подготовленного к операции, объявили психически больным и потребовали увезти из БСМП, хотя платно готовы были сделать операцию по эндопротезированию (замене тазобедренного сустава искусственным) за 150 тысяч рублей. При этом ветеран страдал от невыносимой боли — ему сняли гипс на сломанной ноге и вставили катетер. Без доплаты младший медперсонал не обращал на него внимания, хотя тот лежал в платной палате. Когда он несколько раз падал с кровати, на койку его укладывал пациент соседней палаты со сломанной рукой.

Кроме того, из холодильника в палате пенсионера стали пропадать продукты, а потом стали исчезать деньги из одежды. Сергей Могловец установил в палате автомобильный видеорегистратор. Запись начинается 2:19 — в палату к ветерану пришли женщины в белых халатах. На видео в 3:05 заметно, как одна из женщин долго поправляет рубашку пенсионера. После этого из рубашки пропали деньги, написал Сергей Могловец.

Павел Хохлов в БСМП. Фото: Сергей Могловец

Когда корреспонденты «Ё!» пришли в гости к Хохловым — Павел Андреевич живёт вместе с супругой Изабеллой Ивановной, — у них находился представитель Следственного комитета. Дело ветерана взял под свой личный контроль глава СКР Александр Бастрыкин, глава Минздрава РФ Вероника Скворцова дала поручение Росздравнадзору проверить информацию об издевательствах над пожилым мужчиной. Кроме того, губернатор Алексей Гордеев поручил контрольному управлению облправительства провести собственную проверку деятельности больницы в целом.

Павел Андреевич был подростком, когда началась война. Мама у него умерла, отец, по его словам, был жестоким, часто лупил мальчишку. В итоге тот сбежал и стал сыном полка — вместе с солдатами прошёл всю войну, лежал в окопах. После войны закончил военную академию в Можайске, работал военным инженером-конструктором.

Ветеран старается выглядеть бодрым и даже шутит, хотя за два месяца, прошедшие после возвращения из больницы, его состояние не сильно улучшилось:

— Если мне помогут, могу сесть, покушать, — рассказал он корреспонденту «Ё!», — А вообще левая коленка сильно болит, порой прямо на стенку хочется лезть.

Павел Хохлов и его супруга. Фото: Анна Ясырева.

Вчера у 87-летнего ветерана прошёл консилиум врачей из областной больницы. Было решено, что операцию проводить уже поздно — кости, хоть и неправильно, но уже срослись, и ломать их снова очень опасно для человека в таком возрасте. В понедельник, 16 мая, Павел Андреевич ложится в облбольницу на реабилитацию, его будут учить заново ходить, проводить с ним занятия по лечебной физкультуре. О своём пребывании в БСМП ветеран и вспоминать не хочет:

— Ни черта мне там не помогали. Санитарки относились грубо, мне больше помогал сосед Максим, чем они. Да ещё и деньги пропали!

С Хохловыми днём постоянно находится сиделка Надежда Подкопаева — без неё они совсем беспомощны, так как Изабелла Ивановна после инсульта слаба и очень плохо говорит. Надежда Александровна находилась и в больнице с Павлом Андреевичем.

— Что там творилось, это ужас! — вспоминает она, — Я уходила домой только на ночь. Палата была платная, медперсоналу тоже доплачивали за уход. Но в итоге я приду, и сердце сжимается: лежит, свернувшись, как кутёнок, голова куда-то к полу свисает, одинокий, никому не нужный. Никто за ним толком не смотрел, я в палате даже полы мыла. Павел Андреевич жаловался, что в те редкие моменты, когда санитарки и медсёстры всё-таки приходили, с ним не церемонились — толкали его, пихали, один раз ударили по лицу. Помню, одна из санитарок утром швырнула мне его грязное нижнее бельё — мол, пока вас не было, мы должны были с этим возиться. А перед Восьмым марта Павел Андреевич попросил у Сергея 200 рублей — хотел купить мне в подарок на 8 Марта шампанского. А на следующий день прихожу: у него глаза на мокром месте: «Надя, у меня из рубашки все деньги пропали!» Там была тысяча с чем-то рублей…

Надежда Подкопаева даёт показания следователю. Фото: Анна Ясырева.

Тот день, когда ветерана объявили психически больным, Надежда Александровна тоже помнит хорошо:

— Ему тогда сняли гипс и одновременно вставили катетер. Боли были адские, он кричал, метался, начал заговариваться — просто от боли. Но его сразу сочли ненормальным. Потом, когда боль утихла, к нему пришли психотерапевт и невролог, Павел Андреевич совершенно адекватно им отвечал. У него есть проблемы с памятью, свойственные возрасту, но с психикой всё в порядке.

Впрочем, есть и хорошая новость — врачи пообещали Павлу Андреевичу, что он всё-таки сможет ходить. И на прощание мы пожелали ветерану войны в следующем году собственными ногами прийти на парад Победы.