Почему Солженицын не захотел встречаться в Воронеже с Троепольским?

Приезд писателя в 1994 году в наш город вызвал бурную реакцию горожан, которые даже устроили драку во время творческой встречи

14.12.2019 18:34
12 7836

11 декабря отмечался 101 год со дня рождения писателя, мыслителя и диссидента Александра Солженицына. В Воронеж он приезжал в октябре 1994 года, сразу после возвращения из 20-летней эмиграции. Солженицын — личность интересная и противоречивая. Корреспонденты «МОЁ!» поговорили с воронежцами, которым довелось видеться с автором «Ракового корпуса» и «Архипелага ГУЛАГ». У наших собеседников сложились разные мнения о писателе.

Анекдот с бородой

Александр Солженицын приезжал в Воронеж на три дня, в том числе, чтобы повидаться с поэтом Владимиром Гордейчевым. Он в 1968 году, будучи председателем воронежского отделения Союза писателей, совершил смелый поступок — телеграммой поздравил Солженицына с 50-летием. В то время будущий нобелевский лауреат из-за антисоветских взглядов находился в опале, его исключили из Союза писателей. После телеграммы и Гордейчев лишился поста...

А Солженицын позже прислал ему письмо с благодарностью и обещал навестить. В день приезда Солженицына пригласили в мэрию. Туда же позвали и воронежского писателя и журналиста Геннадия ЛИТВИНЦЕВА. О приезде Солженицына Геннадий Михайлович рассказывал в статье «Живём ли мы не по лжи?» в журнале «Подъём», в октябре 2014 года:

«Мэр Анатолий Гольц метнулся навстречу и, крепко взяв меня под руку, запел на ухо:

— С приездом! Так ждали, так ждали! Все в сборе! Вот сюда, пройдёмте... ступеньки!

<...>Под ручку поднялись до второго этажа, пока я не прервал любезного мэра:

— Извините, но вы, похоже, не за того меня принимаете.

— Да за кого же ещё? Так ждали! А впрочем, постойте...

Гольц отстранился от меня и, глянув с расстояния, вскричал:

— В самом деле! Так вы не?.. И точно ведь, извините, обознался, вы и моложе...

— Да вон он стоит, встречайте же, наконец! — показал я мэру рукой вниз на сиротливо стоявшего у двери с портфельчиком Александра Исаевича».

— Мэр спутал нас из-за моей бороды — она придавала мне сходство с писателем, — рассказывал корреспонденту «Ё!» Геннадий Михайлович.

Тогдашний мэр Анатолий Гольц перепутал нашего земляка Геннадия Литвинцева (на фото слева) с Александром Солженицыным (справа) — у обоих была внушительная борода

Фото Валерия СТЕПНОВА

Потасовка в «Апексе»

На следующий день Александр Исаевич встречался со всеми желающими в «Апексе». Зал был полон. Краевед и журналист Владимир ЕЛЕЦКИХ тоже был там по заданию 4-го телеканала.

— Мне было стыдно за земляков, — говорит он. — Солженицын ещё не вышел на сцену, а уже началась ругань: одни его критиковали, другие яростно защищали. Дело перерастало в потасовку, и я поспешил уйти, пока мне не разбили камеру.

Потом уже самому Александру Исаевичу пришлось на сцене растаскивать двух оппонентов. Вообще, он предпочитал не говорить, а слушать, записывать. Но время от времени и высказывался.

— Я на него смотрел, как на музейный раритет, — признавался корреспонденту «Ё!» ныне покойный театральный критик, педагог Лев КРОЙЧИК. — Он рассуждал о том, что России предстоит трудная дорога, но нужно бороться. Он был на голову выше всех, потому что мыслил небанально!

Солженицын отказался ставить автограф на Библии

Писатель, публицист Евгений НОВИЧИХИН — один из тех, кто много общался с Солженицыным во время его приезда.

— Очень мудрый человек, — отзывается о нём Евгений Григорьевич. — Мы приходили к нему в гостиницу «Дон» и беседовали — его волновало будущее России. С нами, писателями, он общался охотно. А вот чиновников сторонился. Впрочем, и некоторым литераторам он отказал во встрече. Например, Гавриилу Троепольскому.

У Троепольского были натянутые отношения с Гордейчевым, а Александр Исаевич общался с теми, кто был в хороших отношениях с поэтом. Добавим, что, по свидетельствам современников, автор «Белого Бима» недолюбливал Солженицына, считая его заносчивым. Он упрекал писателя в том, что тот ни разу не упомянул о людях, которые помогали ему в трудные времена, в том числе о виолончелисте Мстиславе Ростроповиче.

Ростропович прятал Солженицына на своей даче, открыто защищал его, из-за чего вынужден был уехать из России. А ещё Троепольский не мог простить Солженицыну высказанных однажды сомнений, что роман «Тихий Дон» написал Шолохов. Гавриил Николаевич считал это «грязной вознёй». Троепольский побывал в «Апексе» на встрече Солженицына с воронежцами, но посреди мероприятия поднялся и ушёл.

— Моё мнение о Солженицыне не совпадёт с мнением большинства, — говорит «МОЁ!» журналист, драматург Эдуард ЕФРЕМОВ. — Мне было странно, как он обошёлся со своим бывшим товарищем по шарашке (НИИ тюремного типа, в котором работали заключённые учёные. — «Ё!») — воронежским изобретателем Дмитрием Кулаковым. Тот пришёл встречать писателя на вокзал, но к Солженицыну было не подступиться. И тогда мы вместе пришли в гостиницу «Дон». Солженицын вышел и резко сказал: «Дима, я тему ГУЛАГа закрыл!» Повернулся и ушёл. Дмитрий Фёдорович был добрая душа, поэтому не обиделся. А мне стало неприятно...

За три дня, проведённые в Воронеже, Александр Исаевич общался со многими людьми. Однажды прогулялся и по центру города.

В Воронеже писатель был единственный раз (на фото — писатель в поезде перед отъездом из нашего города)

— Прохожие узнавали его, здоровались, он в ответ им кланялся, махал рукой, — вспоминает Евгений Новичихин. — Часто реагировал с юмором. Одна женщина подошла к нему за автографом и протянула Библию. Он посмотрел на неё с улыбкой: «Ну что вы, я же не Иисус Христос!»

Провожала писателя на поезд целая толпа. А Александр Исаевич стоял на перроне со своими воронежскими коллегами и друзьями и всё говорил о России. Говорил с уверенностью, что её ждёт счастливое будущее...