«Ни за что не будут фотографироваться перед полётом!» 

Ольга Коломенская — единственная женщина-пилот в авиакомпании «РусЛайн» — рассказала «МОЁ!», как в лётных училищах смотрят на девушек сокурсники сильного пола, почему пилоты перед рейсом никогда не зашивают одежду и не фотографируются

25.11.2021 22:33
МОЁ! Online
3

Читать все комментарии

Войдите, чтобы добавить в закладки

4750
  
Единственная женщина-пилот в компании «РусЛайн» рассказала, почему не фотографируется перед рейсом 

Ольга Коломенская часто прилетает в Воронеж. Но не в пассажирском кресле самолёта, а за его штурвалом! 31-летняя Ольга — единственная женщина-пилот в своей авиакомпании. Она рассказала «МОЁ!», как в лётных училищах смотрят на девушек сокурсники сильного пола, почему пилоты перед рейсом никогда не зашивают одежду и не фотографируются. 

«Мужчины сдают подтягивания, а девушки — отжимания»

— Ольга, почему не дизайнер, актриса или юрист, а именно лётчик? Что вас так привлекло в этой профессии?

— Я родилась в городе Лобне Московской области. На самом деле стать лётчиком не было моей мечтой детства, я лишь в выпускных классах начала задумываться об этой профессии. Когда я была школьницей, бабушка работала в ГосНИИ ГА (Государственный научно-исследовательский институт гражданской авиации. — «Ё!») в Шереметьево. Часто она брала меня на работу, и я наблюдала, как техники чинят самолёты. Иногда меня сажали за штурвал, показывали, как все в самолёте работает. Мне это запало в душу.

А потом мне очень понравился приключенческий роман, который мы проходили по школьной программе, — «Два капитана» Вениамина Каверина. Я до сих пор помню девиз: «Бороться, искать, найти, не сдаваться». И я решила: если я хочу связать свою жизнь с самолётами, значит, так и будет.

— Вам приходилось слышать от родных и друзей: «Оля, остынь, не женское это дело»?

— Родители всегда поддерживают мой выбор. Безусловно, моё решение вызвало удивление среди друзей и родственников, но никто не пытался, к счастью, меня отговорить. Все поддерживали и искренне радовались, когда я поступила.

— В лётное училище?

— Сразу после школы поступить в лётное училище не получилось. Сначала я окончила Военный университет Министерства обороны. Там я уже ближе познакомилась с пилотами и всё больше начала влюбляться в эту профессию. И уже спустя неделю после получения диплома я сдавала вступительные испытания в лётное училище. В итоге я поступила на заветную специальность — лётную эксплуатацию летательных аппаратов. Наверное, это был самый тяжёлый период в моей карьере: очень большой конкурс, профотбор, строгая врачебная комиссия.

— Какие нормативы приходилось сдавать при поступлении? Девушкам делали поблажки?

— Поблажек нет. Нормативы отличаются из-за разной физиологии. Например, мужчины сдают подтягивания, а девушки — отжимания. Как правило, нормативы — это несложные упражнения, проверяющие физическую подготовку. Бег, прыжки в длину, отжимания, подтягивания, упражнения на пресс. Но к будущим курсантам очень высоки требования по здоровью — оно должно быть практически идеальным.

— Как к вам относились парни-сокурсники в училище и потом уже коллеги в авиакомпании?

— К нам предъявляли те же требования, что и к курсантам мужского пола, никаких привилегий не было. Но некоторые педагоги весьма скептически относились к нашей карьере. Они высказывали сомнения, что все девушки после училища будут летать, мол, вы поймёте, как это сложно, и сдуетесь. В училище сначала нас было три девушки, а потом с каждым годом становилось всё больше.

В авиакомпании я единственная женщина-пилот, но в аэропортах, на брифинге (это место, где экипажи готовятся к вылету) я часто встречаю женщин и вторых пилотов, и командиров экипажей других компаний. По-моему, это уже никого не удивляет.

«Самый длинный полёт — не значит самый трудный!»

— Помните свой первый полёт?

— Их было два: в училище и на работе. Мой первый полёт был на самолёте Ан-2 в училище в рамках практики после первого года обучения. Мы очень долго готовились, сдавали зачёты. Эмоции незабываемы — было волнительно, но очень интересно! Но больше, конечно, запомнился первый самостоятельный полёт на пассажирском судне. Когда осознаёшь всю ответственность от каждого принятого решения.

— Сколько лет вы работаете лётчиком?

— Я работаю в авиакомпании «РусЛайн» с 2015 года. Сначала была штурманом отдела аэронавигационной информации, параллельно прошла переобучение на судне CRJ-200. Работа в штурманской службе мне очень помогла, много полезных знаний я получила именно там. С 2017 года я работала вторым пилотом, а в этом году была назначена командиром воздушного судна.

— Какой был самый длинный и самый трудный рейс?

— Самый длинный рейс, думаю, это Краснодар — Архангельск, полёт длится около 3,5 часа. Но самый длинный — не значит самый трудный! Самыми сложными я бы назвала полёты в Воркуту — там в аэропорту короткая взлётно-посадочная полоса. И это добавляет сложности зимой, когда на полосе плохой коэффициент сцепления и надо точно рассчитать приземление. Сейчас из-за ситуации с коронавирусом я в основном летаю по России. А раньше были регулярные рейсы за рубеж, например в Осло из Санкт-Петербурга.

— А в Воронеж часто прилетаете?

— Да, и иногда у нас даже выходные в Воронеже. Я люблю у вас бывать, Воронеж — очень уютный, красивый город, всегда есть куда сходить, что посмотреть, к тому же у меня там много друзей.

— Ну а всё-таки женщинам-пилотам сложнее, чем мужчинам?

— Сейчас самолёты не требуют больших физических усилий в управлении, поэтому мнение, что только мужчины могут с ними справиться, — это стереотип. Нет разницы, какого ты пола. Главное для пилота — иметь достаточное самообладание, безупречную внимательность, стрессоустойчивость и, конечно, досконально знать матчасть.

«Невыспавшийся пилот — это очень опасно!»

— Как реагируют пассажиры, когда в динамиках слышат женский голос, который их приветствует?

— Честно говоря, не знаю. Я же сижу в кабине, поэтому не вижу их реакции. Но пару раз бортпроводники передавали удивлённые комментарии от пассажиров и тёплые пожелания, было приятно!

— Простите за нескромный вопрос, но может ли лётчик покинуть своё рабочее место, когда самолёт летит на автопилоте? Покушать, попить, выйти по естественной необходимости?

— Едим в кабине по очереди со вторым пилотом. Но только после того, как займём эшелон полёта — в самый малозагруженный этап нашей работы. Если нужно выйти, то это, конечно, тоже возможно, но всё согласно правилам, которые определяют, как члены лётного экипажа покидают кабину.

— Сколько дней в месяц вы находитесь в воздухе?

— График у нас плотный. Летаем мы около 80 часов в месяц, бывает и дольше. За смену я совершаю 3 — 4 рейса. Самое важное — соблюдать предполётный отдых. После того как заканчивается смена, все пилоты должны отдохнуть 10, 12 или 42 часа — в зависимости от длительности полётной смены. Все это предусмотрено на законодательном уровне. Невыспавшийся пилот в небе — это опасно.

— Возникали у вас нештатные ситуации?

— К счастью, нет. Но если такое случается, главное — обеспечить безопасность полёта. Экипаж может принять решение о посадке в ближайшем аэропорту, о возврате на аэродром вылета или продолжить полёт до места назначения. Нужно учитывать совокупность факторов. Если кому-то, например, стало плохо, мы должны не только фокусироваться на оказании ему помощи, но и не подвергать остальных пассажиров опасности. Поэтому, допустим, мы не всегда можем посадить самолёт в ближайшем аэропорту, если там плохие погодные условия.

— Не секрет, что пилоты должны тщательно следить за здоровьем. Спортом занимаетесь?

— Лётный экипаж проходит медкомиссию каждый год. Она строгая: у лётчиков не должно быть серьёзных заболеваний. После 40 лет за здоровьем пилотов следят ещё тщательнее. С моим графиком на спорт остаётся мало времени. Но я стараюсь выкраивать его хотя бы на пробежки. Ещё я очень люблю походы в горы: в этом году мне удалось покорить Эльбрус, а в следующем хочу побывать на вершине Казбека. Вообще мне нравятся зимние виды спорта: и лыжи, и катание на коньках.

— Наверное, и с семейной жизнью вашу профессию совмещать нелегко…

— Когда ты жена и мама, наверное, очень сложно. Пока я могу только предполагать: я не замужем и детей у меня нет.

— У вас есть какие-то ритуалы или привычки перед полётом?

— Внутри авиакомпании у нас сложилась традиция не фотографироваться перед полётом, только после рейса. Почему так — не знаю. Но все строго соблюдают это правило. А ещё члены экипажа верят, что нельзя зашивать одежду перед рейсом. Лучше полетят с дыркой или без пуговицы, нежели нарушат правило (смеётся).

— Что бы вы посоветовали аэрофобам, как справиться со страхом?

— Страх часто происходит от неизвестности. Поэтому для начала я бы рекомендовала подробно изучить, как устроен самолёт, как он летает, что за системы безопасности в нём предусмотрены, что такое турбулентность и т. д. Ну а если страх непреодолимый, наверное, стоит обратиться к психологу.