В МЧС объяснили, почему семь лет не проверяли воронежский завод, где при пожаре погибли три человека
В ведомстве подтвердили, что инспекторы не могли попасть на предприятие из-за бесконечной череды мораториев
Начальник главного управления МЧС по Воронежской области — генерал-майор внутренней службы Александр Кошель — лично ответил на редакционный запрос «МОЁ!» по проверкам завода АО «Эникмаш-В», на территории которого 22 апреля при пожаре погибли трое мужчин, ещё два человека пострадали. По данным Гострудинспекции, это не заводчане, а «сотрудники различных организаций». Предварительно трагедия произошла в помещении цеха по производству электрооборудования, которое сдавалось в аренду некой фирме — из-за грубого игнорирования правил пожарной безопасности при ремонте.
При этом с 2015-го по январь 2017-го инспекторы государственного пожарного надзора на самом «Эникмаш-В» нарушения находили десятками, но их предписания по наведению порядка прежнее руководство предприятия не выполняло. Что касается арендаторов, то их, вероятно, на огромной территории завода немало. Однако с января 2017-го в Едином реестре проверок Генпрокуратуры РФ записей о визитах на предприятие контролёров из МЧС нет. За семь с лишним лет — ни единой проверки неслабого такого промышленного объекта. И я уже подробно объясняла, как такое возможно: спасибо в том числе мораториям на «закошмаривание» бизнеса, которое государство вводит один за другим с 2016 года. О том, что регулярные проверки надо возвращать, иначе мы рискуем получать трагедии, прошлым летом говорил глава МЧС Александр Куренков. Пока правительство России запреты продлевает. Подробности — в прошлом материале.
В своём ответе генерал-майор Александр Кошель мою версию подтвердил: инспекторы Государственного пожарного надзора элементарно не могли попасть на завод из-за тех самых мораториев. И перечисляет: вот одни «каникулы» — для развития малого и среднего бизнеса (как раз чтобы «не кошмарить»), вот антиковидные, а следом — «для устойчивости в условиях санкций»… В результате — цитата — «основания для контрольных (надзорных) мероприятий объекта «Эникмаш-В» отсутствовали». Правда, почему на завод не пришли в январе 2018-го — проверить, устранили прежние нарушении или нет — так и не ясно.
И ещё. Я уже рассказывала о реформе проверок бизнеса — с так называемым «риск-ориентированным подходом». АО «Эникмаш-В» по линии МЧС присвоена категория «среднего риска»: то есть плановые проверки даже без мораториев там можно проводить не чаще одного раза в четыре года, но не реже, чем раз в пять лет. Вместо дореформенных трёх.
Помимо проверок самого завода, я спрашивала в МЧС о контроле за фирмой, которая арендовала помещение, где случился пожар, в том числе её название и ИНН. Прямого ответа нет. Но есть примечательный абзац — со ссылкой на постановление правительства РФ от 12 апреля 2012-го № 290 «О федеральном государственном пожарном надзоре». А в том постановлении пункт 42. И в нём прописано, что плановым проверкам подлежат «объекты надзора, указанные в Едином государственном реестре недвижимости» — ЕГРН, он же Росреестр. Так вот. Начальник нашего ГУ МЧС Александр Кошель отмечает: по данным ЕГРН, «единственное лицо, в пользу которого установлены ограничения прав и обременение» на земельный участок на Солнечной, 33 — предприятие «Эникмаш-В». Поэтому и проверяли — насколько могли — именно его. Кусок земли, кстати, громадный: открываю Росреестр — 25 тысяч 774 квадратных метра (больше 2,5 гектара), только кадастровая стоимость — 53,8 миллиона рублей. Об аренде — ровно две записи: февраль 2009-го и ноябрь 2023-го. При этом, по данным открытых баз проверки контрагентов, по адресу Солнечная, 33 в Воронеже — кроме завода «Эникмаш-В» — в разное время были прописаны 135 (!) организаций: начиная от ЧОПа, заканчивая разнокалиберной торговлей, производством, растениеводством... Были даже какой-то модный дом и политическая партия. Листаю их карточки одну за другой: микропредприятие, микропредприятие… Информации о проверках МЧС не встречаю. И вспоминаю то, о чём говорил мой собственный источник:
— Такие мелкие фирмочки и раньше не особо подлежали проверкам, а после введения мораториев стали, считай, вовсе бесконтрольными.
Многие из организаций ликвидированы восемь — девять — 12 лет назад. Но вот один ЧОП, например, закрылся в 2019-м. Среди действующих значатся лишь две конторы: у одной основной зарегистрированный вид деятельности — научные исследования, у другой — ремонт компьютеров. Только едва ли они снимают цех по производству электрооборудования, который и загорелся 22 апреля. Полный ответ начальника ГУ МЧС по Воронежской области Александра Кошеля на запрос «МОЁ!» читайте здесь.
КСТАТИ
Кто отвечает за пожарную безопасность?
Хороший вопрос — с кого должны спрашивать за нарушения: с хозяина помещения или арендатора? В 38 статье Федерального закона от 21 декабря 1994-го № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» прямо написано: отвечают и собственники, и «лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители организаций»… Эти «лица» и есть арендаторы. Но как разграничить зоны ответственности? А Верховный суд РФ в обзоре практики за II квартал 2006 года от 27.09.2006 подробно объясняет:
«Ответственность за нарушение правил пожарной безопасности возлагается на лицо, владеющее, пользующееся или распоряжающееся имуществом на законных основаниях, то есть таким лицом может быть как арендодатель, так и арендатор.
Поскольку стороны в договоре аренды могут сами урегулировать вопрос об объёме обязанностей в области обеспечения правил пожарной безопасности, к ответственности за нарушение этих правил должно быть привлечено лицо, которое не выполнило возложенную на него обязанность.
При этом если в договоре аренды указанный вопрос не урегулирован, то ответственность за нарушение требований пожарной безопасности может быть возложена как на арендатора, так и на арендодателя — в зависимости от того, чьё противоправное, виновное действие (бездействие) образовало состав административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 20.4 КоАП РФ».
То есть ключевой документ — договор, где зоны ответственности и очерчиваются. Если этого нет — отвечает тот, чья безалаберность привела к ЧП.
Статья 20.4 КоАП РФ — как раз о нарушениях правил пожарной безопасности. Штраф для граждан — от 5 тысяч до 15 тысяч рублей, для должностных лиц — от 20 тысяч до 30 тысяч, для граждан-предпринимателей без образования юрлица (ИП, главы фермерских хозяйств и т.п.) — от 40 тысяч до 60 тысяч, для юридических лиц — от 300 тысяч до 400 тысяч рублей. Неслабо.
Но если погибли люди — это уже другой уровень. И кто и за что отвечал на заводе «Эникмаш-В» — его начальство, начальство арендаторов — теперь разбираются следователи. В воронежском управлении СКР, напомню, после пожара возбудили уголовное дело по статье о нарушении требований охраны труда, повлекшем по неосторожности смерть двух и более лиц: до пяти лет колонии.
Автор:
Комментарии (19)