МЫ ПОМНИМ!

Расскажите о своих близких, переживших годы Великой Отечественной войны

Проект «Мы помним. Воронежское сражение день за днём» реализуется при спонсорской поддержке Гражданского собрания «Лидер»

<p>Россошь в оккупации</p>

Россошь в оккупации


Конкурс работ воронежских школьников, студентов, историков о подвигах мирных жителей на территории Воронежской области в годы Великой Отечественной войны под патронажем депутата ГД от КПРФ Гаврилова Сергея Анатольевича.


2-е место. Россошь

Недавно россошанцы скромно отметили 78-ю годовщину освобождения города и района от немецко-фашистских оккупантов в январе 1943 года. О периоде оккупации Россоши в местной прессе неоднократно печатались различные материалы. В свете новых архивных документов я хочу привести данные докладной записки начальника Россошанского отдела НКВД в Воронежское управление в июле 1943 года. Эти записки были сделаны по свежим следам на основании актов о злодеяниях фашистов в нашем районе и рассказов очевидцев событий. Это вызывает интерес к истории военного периода.

Оккупировав наш район, фашистское командование сразу приступило к созданию административно-политических органов управления. Первоначально было образовано городское самоуправление во главе с бургомистром, а в сёлах были назначены старосты. Затем Россошь стала окружным городом и вся военно-политическая власть среди гражданского населения стала принадлежать военному командованию округа — некоему Дементьеву и начальнику гестапо — немцу.

Административная и исполнительная власть была в руках окружной магистратуры и отделов магистратуры городского управления, окружной и городской полиции. На территории каждого сельсовета образовали волость, возглавляемую волостным старшиной и начальником полиции. Военно-политическая власть в волости принадлежала военному коменданту волости.

Управление сельским хозяйством в округе осуществлялось окружным управлением сельского хозяйства во главе с начальником — немцем, а в сёлах — старостами колхозов. Всеми заготовками в районе ведала заготконтора управления сельского хозяйства.

Бургомистр Россоши — Яхонтов Виктор Николаевич, бывший офицер царской армии, по профессии — агроном, до оккупации работал то ли учителем, то ли директором семилетней школы. За предательство, выдачу красноармейцев и партийно-советских активистов, был назначен немцами обер-бургомистром города. Во время освобождения он бежал вместе с фашистами.

Заместителем Яхонтова был Бондаренко Василий Степанович, в прошлом  кулак. До оккупации работал бухгалтером в швейной мастерской. В 1943 году он также бежал вместе с немцами. Заведующим здравоохранения был Котляров Василий Георгиевич, бывший сын помещика. В 1943 году он был арестован и осужден. Начальником полиции в Россоши был Михаил Васильевич Стотик, по профессии бухгалтер, он также бежал с фашистами. Заведующими отделами в магистратуре были: Туган-Мирза Барановский, Теренник Иосиф Семёнович, Шапошников Иван Леонтьевич, Сыкалов Владимир Матвеевич, Бордюгов Никита Иванович, Шапошников Дмитрий Леонтьевич, Должанский Иван Иванович. Все они были в 1943 году арестованы и осуждены.

Состав полиции и другие служащие управлений, волостей и прочих фашистских органов вербовались из местного населения. Из числа 255 полицаев большинство являлось выходцами из кулацких семей, дезертиры и уголовные элементы.

Все эти созданные органы начали устанавливать «новый порядок». Первые шаги этого порядка были отмечены массовыми задержаниями, насилием, избиениями советских людей, повешениями и расстрелами военнопленных и мирного гражданского населения, в том числе женщин, детей и стариков.

Следующим этапом в деятельности новых правителей была организация работы промышленных предприятий, артелей, колхозов, совхозов, МТС, железнодорожного транспорта с целью надёжного и быстрого ограбления района, а также проверки учёта всего населения, которое при регистрации записывалось в три списка; «надёжные», «политически неблагонадёжные», «коммунисты, комсомольцы и их семьи». Стремясь расположить к себе политически отсталую часть населения, чтобы с их помощью выявлять всех «неблагонадёжных» и коммунистов с комсомольцами, оккупанты наряду с устрашающими народ зверствами, грабежами и насилиями, стали проводить политику заигрывания с населением.

Так, они организовали рынок, где установили цены на продукты и товары. Ввели карточную систему на продукты. Неработающую часть населения они снабжали хлебом по 200 граммов, а работающим до 1 кг. Сотрудникам фашистских органов давали по 1,5 кг хлеба, а также молоко, масло и другие продукты. Кроме того, отдельным гражданам оказывали материальную помощь, запретили воровство и мародёрство.

Шесть месяцев оккупанты хозяйничали в районе. Всё это время они пропагандировали успехи своей армии и писали о разгроме наших войск, о взятии Москвы, Ленинграда, Сталинграда и других городов, о бегстве советского правительства в США и прочую ложь.

С целью пропаганды в колхозе «Рассвет» Поповского сельсовета и в других колхозах района немецкие солдаты по 5 - 6 дней работали вместе с колхозниками на севе озимых, чтобы показать, как они оказываю помощь населению. С 23 июля по 23 декабря 1942 года в Россоши оккупанты издавали газету «Россошанский вестник». Это был пропагандистский рупор, воспевавший установление «нового порядка» и успехи фашистской армии. Они всячески очерняли советский образ жизни, не признавали достижений Советского Союза.

Хвалёный фашистами «новый порядок» население района испытало сполна. За время оккупации фашисты расстреляли, повесили, замучили в концлагере тысячи наших соотечественников — гждан и военнопленных. На окраине Россоши, где была территория пригородного колхоза «Путь Ленина», немцы сразу создали концлагерь, обнесли его колючей проволокой и поместили там в течение 7 - 10 июля 1942 года около 10 - 11 тысяч военнопленных, а также наших гражданских беженцев, захваченных при эвакуации на донских переправах.

Режим в лагере был исключительно жестоким. За малейшее нарушение режима следовала смертная казнь. Среди лагеря был повешен красноармеец за то, что попросил жидкой похлёбки. Четверо пленных красноармейцев были сразу расстреляны за то, что обессилев, не могли подняться по команде: «встать». Группа командиров Красной Армии, 330 человек, была вовсе лишена питания. Военнопленных заставляли выполнять оборонные работы, разминировать участки земли с минами, разряжать неразорвавшиеся бомбы. На работе никого не кормили.

Военнопленные, а также гражданские в концлагере методически уничтожались. Расстрелы производились ежедневно с 10 июля 1942 года до самого освобождения. Всего в местах казни было обнаружено пять огромных ям, наполненных трупами. Одна яма в 103,25 метра в кубе, другая круглая, диаметром  5 метров и глубиной  4 метра. Три остальные немного меньшие в размере. Во всех ямах было не менее 1500 расстрелянных пленных красноармейцев и гражданских лиц. Все трупы были без верхней одежды и без обмундирования. По свидетельству очевидцев, расстрелянных военнопленных было больше, несколько тысяч, но места их погребения не были обнаружены.

Для устрашения населения фашисты практиковали публичные казни в центре города и по сёлам. В последних числах сентября 1942 года на углу улицы Ленина около аптеки, на телеграфном столбе был повешен 22-летний Александр Михнев только за то, что не явился своевременно на регистрацию в военную комендатуру.

На базарной площади была повешена гражданка Ковалёва за то, что пыталась сберечь вещи красноармейцев. В селе Поповке публично повесили колхозника Андрея Коробко и его 18-летнюю дочь Шуру за то, что они не давали снять ворота со своего двора.

В Заболотовке гитлеровцы повесили трёх военнопленных красноармейцев. В селе Александровка расстреляли бывшего заведующего РОНО, учителя Петра Никитовича Микласова и председателя колхоза «Трудовой Авангард» старика Игната Дмитриевича Бессарабова. В Вакуловском сельсовете были расстреляны лесничий Гурий Дмитриевич Тонконогов и колхозники Никита Антонович Журавлёв и Николай Дмитриевич Шинкарев.

В колхозе имени 18-го партсъезда Анновского, ныне Алейниковского сельсовета, фашисты расстреляли 18 пленных красноармейцев и вместе с ними девушек. В Лизиновке расстреляли участкового милиционера Петра Нестеровича Могрицкого. В городе расстреляли комсомольца Аркадия Сигаева.

Начальник Россошанской конторы П.Д.Санин, Быченко и техник Я.Тереник были арестованы. Их избили и бросили в холодный подвал, а потом казнили. Кроме них, во дворе магистратуры были найдены два тела зверски замученных красноармейцев. Пятерых расстрелянных советских людей нашли в яме в городском саду, один труп обнаружили в щели начальной школы № 2.

В разное время и в разных местах гитлеровцы расстреляли 42 коммуниста россошанской парторганизации. Среди них — слесарь депо Н.Н. Кулиш, токарь депо С.А. Осадчий, машинист В.К. Щербаков, санитар совхоза «Начало» М.Г. Будник, колхозница Т.И. Сушкова, учительница ж.-д. школы А.С. Ремизова, библиотекарь Пётр ПантелеймоновичЖуков, зав. «Райтопом» М. Цимбалист, директор завода «Маслопрома» Т.М. Кошуба, рабочая маслозавода № 9 Н.В. Крекотень с ребёнком и другие.

В день освобождения Россоши оккупанты расстреляли во дворе тюрьмы гестапо 28 россошанцев. Среди них — Колиух В.А., Муранченко И.С., Овсянников Б.В., Горбанёв Д.И., Беликов Н.С., Нестеренко Н.И., 12-летний мальчик Ваня и другие. Случайно уцелели Грузлев с птицефабрики, А.Дыба, рабочий с бойни, и Токоногов из Вакуловки, который после умер от ран и обморожения.

Помимо расстрелов, повешений и других видов казни гитлеровцы терроризировали население грабежами, выселением из домов, порками, избиениями и прочими издевательствами. Так было в Комаровском, Поповском, Анновском, Евстратовском, Колбинском и других сельсоветах. В Поповке немцы заперли в сарае около 40 человек жителей, обложили сарай соломой, облили горючим и подожгли.

Им чудом удалось спастись от мучительной смерти. В числе обречённых на эту казнь были бригадир тракторной бригады Каунов, кладовщик колхоза имени Ворошилова Саломатин, брат и сестра Клепачёвы, кладовщик колхоза Васильченко, учительница Гулеватая и другие.

В декабре 1942 года Россошанская магистратура получила приказ от немецкого командования об отправке на трудовые работы в Германию пяти тысяч человек молодёжи. В январе 1943 года первая партия молодых рабочих с железнодорожной станции Россошь в количестве 350 человек подготовили к отправке на работы в Германию, но быстрое наступление наших войск помешало оккупантам.

Во время отбора молодёжи для каторжных работ, многие из них категорически отказывались от выезда в Германию. Отказавшихся арестовывали и отправляли в неизвестном направлении. Среди таких арестованных были жители села Вакуловки 1918 - 1921 года рождения Александр Журавлёв, Николай Чекримов, Пётр Деминов, Павел Илюшенко, Константин Волков и другие. То ли они были отправлены в Германию, то расстреляны сразу. Все эти зверства и насилия, которые принёс «новый порядок», вызвали ненависть у населения.

Полгода оккупации нанесли огромный ущерб экономике района. Летом 1943 года были подсчитаны все хозяйственные потери. Перестал работать чугунолитейный завод, где выпускалось различное чугунное литьё. Россошанский промкомбинат ранее делал пошив одежды для населения, выполнял кузнечные, жестяные и столярные работы, обжигал известь и прочее, он был полностью разрушен.

До войны в Россоши работали различные артели — швейные, сапожные, артель инвалидов, которые распались. Фашисты, для снабжения своих войск, оставили работать лишь те производства, которые выпускали продукты питания маслозавод, молокозавод, завод фруктовых вод.

Сильно пострадало коммунальное хозяйство города. Были выведены из строя городская и железнодорожная электростанция. Не работал водопровод. Уничтожено и приведено в негодность более 130 домов. Разбит дом РК ВКП(б) и райисполкома, сожжён парткабинет со всем оборудованием и библиотекой. Выведены из строя поликлиника, горбольница, средняя школа. Начальную школу № 2 заняло гестапо, школу тракторных бригад превратили в публичный дом.

В зимнюю стужу фашисты выгоняли население из домов для своего размещения. Люди рыли землянки, жили в сараях для скота и других подсобных помещениях. Сильно пострадали школы района. Было разрушено 18 школ. Сожгли школы в Евстратовке и Анновке, на Красном Пахаре. Разрушены 16 клубов и изб-читален.

Сгорел клуб железнодорожников имени М.И. Милованова 1926 года постройки на стадионе «Локомотив». В библиотеке уничтожено 43 тысячи книг. В городе пострадал кинотеатр «Маяк» и летний театр. Многие школы были превращены в конюшни. Во всех школах уничтожены учебники, наглядные пособия, классные доски и прочее оборудование. Делу народного образования был нанесён ущерб в сумме 2159132 руб. в ценах того времени.

Был уничтожен памятник В.И. Ленину на Октябрьской площади. На его постаменте фашисты установили крест и вокруг стали хоронить своих солдат, с одной стороны немцев, а с другой стороны — итальянцев. Также на Октябрьской площади до оккупации был памятник Богучарским партизанам. Он также был снесён фашистами. В сквере Кирова был уничтожен памятник С.М. Кирову. Два последних после войны восстановлены не были.

Сильно был разрушен железнодорожный узел станции Россошь, который часто бомбили. Пострадали здание вокзала, паровозное и вагонное депо, взорвана водонапорная башня. Рельсы были перешиты на европейский тип колеи. Из депо вывезли станки, угнали ремонтно-восстановительный поезд, вывезены подъёмные краны. Нанесённый убыток составил 53 млн. рублей в тех ценах.

Сельское хозяйство района также было разгромлено. На нужды фашистской армии оккупанты резали скот и забирали зерно. До оккупации в районе было 22376 голов различного скота, а осталось только 6540 голов, то есть было уничтожено 71% скота. Лошадей было 4607, осталось 1297, крупного рогатого скота было 4652, осталось 1197, овец было 8653, осталось 3174, свиней было 4464, осталось 501. Остальные животные были доведены до истощения. Заражены чесоткою 35% животных, ящуром — 30% и их не лечили.

Многие колхозы остались без тягловой силы. В колхозе «День урожая» Вакуловского сельсовета осталось 2 лошади. В «Новом Хлеборобе» хутора Березняги осталось 2 лошади и 3 вола. В колхозе «Селяньска Думка» в Вакуловке — 8 лошадей и 3 вола. В колхозе «Волна Революции» Анновского сельсовета — 4 лошади и 8 волов, в «Гражданском Свете», тоже Анновского сельсовета — 4 лошади и 11 волов. Такое же положение было и в других колхозах. На одну тягловую силу приходилось от 114 до 476 гектар пашни. Почти все гуси и утки в районе были уничтожены. Если в июне 1942 года птицы в районе было 13 тысяч, то после освобождения осталось около 2 тысяч, а кроликов — вообще единицы.

В упадочном состоянии было здравоохранение. С эпидемическими заболеваниями никто не боролся. Дети умирали от дифтерита, прививки никто не делал. Население жило в антисанитарных условиях, вследствие чего были вспышки сыпного тифа.

Все ужасы войны испытало и перенесло старшее поколение россошанцев. Хорошо знают это дети военного времени, которым эти знания переданы отцами. Об этом должны знать и наши дети, и внуки, ибо история может повториться.

Болотов Павел Ефимович, краевед.