Рассказываем о выдающихся людях, оставивших яркий след в истории Воронежа

Проект «Мы знаем!» реализуется при спонсорской поддержке Гражданского собрания «Лидер»

<p>Алексей Кольцов: «Несколько песенок в&nbsp;год — дрянь, за&nbsp;них много не&nbsp;дадут»</p>

Алексей Кольцов: «Несколько песенок в год — дрянь, за них много не дадут»

Такие горестные мысли посещали гениального воронежского поэта-самоучку незадолго до смерти, когда он едва сводил концы с концами. Рассказываем о его жизни, которая прервалась в 33 года, о любовных драмах и, конечно, об удивительных песнях Кольцова

«Раззудись, плечо! Размахнись, рука! Ты пахни в лицо, ветер с полудня!», «Не шуми ты, рожь, спелым колосом! Ты не пой, косарь, про широку степь!» — эти строки многим знакомы с детства. Автор — наш земляк, поэт Алексей Кольцов, человек удивительной и трагической судьбы. Несмотря на отсутствие образования, он сумел покорить литературные вершины. Многие его стихотворения были положены на музыку известнейшими композиторами, среди них Даргомыжский, Мусоргский, Балакирев, Римский-Корсаков. Песенной поэзий Алексея Кольцова восхищались Жуковский и Пушкин. А литературный критик и друг Кольцова Виссарион Белинский говорил о нём: «Это гениальный талант».

Первый стих сочинил в степи

Родился будущий поэт 15 октября (3-го по старому стилю) 1809 года в семье прасола — погонщика и торговца скотом. Мать Алексея была необразованной женщиной, грамоты не знала. У Алексея были брат и сёстры.

Семья жила в Большом Стрелецком логу. Тот дом Кольцовых не сохранился, но предположительно он располагался в месте, где сейчас стоит дом № 53 на ул. Большой Стрелецкой в Воронеже. Позже семья переехала на Большую Дворянскую в просторный двухэтажный дом. В этом доме (сейчас пр-т Революции, 46) поэт прожил до самой смерти. От дома до наших дней сохранились фундамент, подвал и стены, а всё остальное было перестроено в 1890 — 1891 годах.

Отец Алексея Василий Петрович Кольцов

Отец Алексея Василий Петрович имел нрав суровый, был крепким домохозяином. Помимо прасольства арендовал земли для посева хлебов, торговал дровами, скупал лес.

С 9 лет Алексея начал обучать грамоте воронежский семинарист. Алёша оказался способным учеником, и в 11 лет его отдали в уездное училище. Однако на втором году обучения отец забрал сына домой, посчитав, что умения читать и писать достаточно для того, чтобы сын стал ему помощником и продолжателем дел.

Так что уже с младых ногтей Алексею пришлось помогать отцу. Тот брал сына с собою в степи, где летом пасся скот. А в холодное время года отец отправлял совсем ещё юного Алёшу с приказчиками на базары, где надо было покупать и продавать товары.

Всё своё свободное время Алексей отдавал любимому занятию — чтению, все свои карманные деньги, что давал отец, тратил на книги и, как все дети, очень любил сказки, особенно про Бову-королевича и Еруслана Лазаревича.

Повзрослев, увлёкся романами и арабскими сказками. А лет в 16 купил книгу стихотворений поэта Ивана Дмитриева и был потрясён его произведениями. Именно в этом возрасте Кольцов начал писать стихи. Первое стихотворение сложил в степи, когда ночевал там с гуртом, принадлежащим отцу.

Но Кольцову поначалу не хватало знаний и опыта. Одним из его наставников стал Дмитрий Кашкин — владелец первой в Воронеже книжной лавки, открытой в начале 1820-х годов. Алексей был частым посетителем лавки, Кашкин давал ему читать книги. Благодаря этому Кольцов познакомился с творчеством Ломоносова, Державина, Жуковского, Пушкина. И хотя первые стихотворения юного поэта Кашкин не одобрил, всё же приметил в юноше талант и посоветовал впредь заниматься поэзией.

Трагическая любовь

А в 18 лет к Кольцову пришла первая любовь. В семье Кольцовых жила в прислугах женщина, у неё была дочь Дуняша. Алексей и Дуняша полюбили друг друга.

Кадр из фильма «На заре туманной юности», снятого в России в 1997 и рассказывающего о судьбе поэта (режиссёр - наш земляк Василий Панин)

Отец был крайне недоволен выбором наследника. Он прочил ему в жёны девушку с приданым, а не служанку. В очередной раз, отправив Алексея в степь, отец продал девушку и её мать в казачью станицу в донские степи. Юноша, вернувшись домой, был так поражён этим ужасным известием, что слёг в горячке и долго болел. Затем бросился на поиски возлюбленной, скитался по степям. А позже узнал, что Дуняшу выдали замуж и она умерла от побоев... По словам Белинского, Кольцов сам рассказывал ему эту печальную историю. Эта любовная драма во многом повлияла на его творчество. Именно Дуняше Кольцов посвятил эти строки в стихотворении «Не шуми ты, рожь...», написанном в 1834 году:

И те ясныя 
Очи стухнули, 
Спит могильным сном 
Красна девица! 
Тяжелей горы, 
Темней полночи 
Легла на сердце 
Дума чёрная!

Знакомство с Жуковским и Пушкиным

Сколь ни был тяжек удар, Алексей не опустил рук. Общался с такими же, как он, поэтами-самоучками, участвовал в литературных кружках. Познакомился и сдружился с семинаристом Андреем Серебрянским — по сути, он стал первым редактором Кольцова. Это был образованный юноша, он привил Кольцову интерес к философии, правил его стихи.

В 1829 году Алексей познакомился с профессором воронежской семинарии Александром Дмитриевичем Вельяминовым, благодаря которому для Кольцова были открыты двери библиотеки семинарии. Алексей часто приносил свои стихи профессору.

Николай Станкевич

На заре творческого пути Алексей подражал любимым поэтам — Дельвигу, Жуковскому, Пушкину. Однажды в 1830 году Алексей Кольцов пригнал в усадьбу острогожских помещиков Станкевичей скот. И там познакомился с организатором московского литературного кружка, философом и поэтом, уроженцем Острогожска Николаем Станкевичем.

Это была судьбоносная встреча. Через год по торговым делам Кольцов впервые отправился в Москву. Остановился у Станкевича, тот познакомил воронежского поэта с членами литературного кружка — Аксаковым, Бакуниным, Белинским и другими. Благодаря этому знакомству в «Литературной газете» в 1831 году впервые было опубликовано одно из стихотворений Кольцова, затем стихи печатались и в других изданиях.

И читатели, и маститые писатели тепло приняли творчество нашего земляка — поэта-прасола. Его лирические стихи, используемые им поэтические приёмы и рифмы были похожи на народные песни.

Виссарион Белинский

Через четыре года, в 1835-м, кружок Станкевича организовал сбор средств для того, чтобы издать книгу Кольцова. В итоге был выпущен небольшой 40-страничный сборник под названием «Стихотворения Алексея Кольцова» из 18 произведений. Это было первое и единственное прижизненное издание произведений поэта.

В тот период в Москве литературный критик Виссарион Белинский принял воронежца под своё покровительство, они дружили всю жизнь. А в Петербурге поэт-самоучка сблизился с Жуковским, князем Вяземским, князем Одоевским и с самим Пушкиным, который опубликовал в своём журнале «Современник» одно из лучших стихотворений Кольцова «Урожай». В Воронеж Алексей Кольцов вернулся окрылённым.

«В столицу, в кипяток жизни, в борьбу страстей!»

Портрет Василия Жуковского (художник Карл Брюллов)

Летом 1837 года в нашем провинциальном городе случилось значимое событие. В Воронеж в составе свиты будущего российского царя приехал Василий Жуковский — он был наставником наследника престола.

6 июля к Алексею Кольцову явился жандарм и потребовал его явиться в дом Тулиновых (ныне пр-т Революции, 30). Молодой поэт был перепуган. Каково же было его счастье, когда его принял Василий Жуковский. «Я был у него, он меня не забыл. Как он меня принял и обласкал, что я не нахожу слов всего пересказать. Едва ли ангел имеет столько доброты в душе, сколько Василий Андреевич. Он меня удивил до безумия. Я до сих пор думаю, что это всё было во сне…» — так напишет Кольцов в дневнике. В память о том событии на доме установлена мемориальная доска, напоминающая о встрече молодого провинциального поэта с Василием Жуковским.

Дом Тулиновых в Воронеже

В 1838 году Кольцов вновь отправился по делам в Москву и Петербург. Ему очень нравилось там находиться, в это время он много писал. Крупные города, в которых бурлила жизнь, манили молодого поэта. В письме одному из московских приятелей он писал, что в Воронеже ему скучно, грустно, бездомно. С восторгом описывает родную степь, но тут же сокрушается, что степь «хороша ненадолго». Писал, что его тянет «в город, в столицу, в кипяток жизни, в борьбу страстей!».

Этим летом Алексея Кольцова ждало потрясение — в возрасте 29 лет умер его друг Андрей Серебрянский. А летом 1840-го очередной удар — не стало ещё одного друга Алексея, Николая Станкевича, благодаря которому вышла книга поэта.

Алексей Кольцов

Кольцов постепенно всё более тяготится торговыми делами. Мечтает изучать историю, астрономию, языки, мечтает жить в Санкт-Петербурге. Но продолжает заниматься коммерцией. Отец перевёл на него все векселя и обязательства, к хлопотам добавилась ещё и постройка дома. «Право, боюсь, чтоб мне не сделаться вовсе человеком материяльным. Боже избави!» — писал тогда поэт московскому другу.

В 1840 году Алексей Васильевич снова отправился Москву и Петербург. Предстояла тяжба по денежным делам и долгам. Дела в Москве решились успешно благодаря вмешательству князя Вяземского. Надо было возвращаться домой, но Кольцову страшно этого не хотелось, и он продолжал жить в Москве. Он уже подумывал отказаться от наследства и от дома, надеялся, отец выделит ему какие-то деньги, что была возможность уехать в Питер. Однако отец сказал, что кроме родительского благословения не даст более ничего, ни копейки. Деньги у Алексея кончились, пришлось возвращаться в Воронеж.

Ещё одна любовная драма

Отец встретил его холодно. Конфликт ещё больше усилился после того, как Алексей полюбил даму, которую не принимали в обществе. Это была вдова Варвара Лебедева — невероятно хороша собой, любила достаток и веселье.

Многие в обществе, в том числе родные Алексея, осуждали поведение весёлой вдовы. Кольцов же восхищался: «С меня ростом, брюнетка, стройна до невероятности, хороша чертовски, умна, образованна порядочно, много читала, думала, страдала, кипела в страстях. Голубые большие глаза, чёрные брови, тело — мрамор, тёмно-русые волосы, коса — шёлк, дивная коса, ножки лучше нет в Воронеже, и что больше — она меня немножко любит!»

Эта история закончилась для Кольцова печально — вдова нашла себе более состоятельного поклонника и вместе с ним уехала из города.

«Или жить для жизни, или — марш на покой!»

Тем временем Алексей всё чаще болел. Отец не давал ему средств на лекарства — знакомый доктор лечил поэта практически бесплатно. Родные отвернулись от Алексея. Он, будучи больным, перебрался в мезонин. Денег не было ни на продукты, ни на дрова. Иногда мать тайком от отца приносила сыну провизию... Пришлось ему спуститься вниз в дом. Поначалу отношения не ладились, но затем Алексей со всеми примирился, жизнь наладилась, у него были кров и еда, он вроде бы стал потихоньку выздоравливать. Но его моральное состояние было по-прежнему тяжёлым: «Что, если и выздоровевши, таким останусь? — писал он. — Тогда прощайте, друзья, Москва и Петербург! Нет, дай Господи умереть, а не дожить до этого полипного состояния. Или жить для жизни, или — марш на покой!»

Виссарион Белинский звал воронежского поэта к себе в Питер, предлагал крышу над головой и помощь. Кольцов, возможно, поехал бы. Но всё упиралось в деньги. А ещё, судя по письмам, он пребывал в депрессии и потерял веру в себя: «Положить надежду на мои стишонки: что за них дадут! И что буду за них получать в год — пустяки: на сапоги, на чай, и только. Талант мой — надо говорить правду — особенно теперь, в решительное время, талант мой пустой. Несколько песенок в год — дрянь. За них много не дадут. <...>. Я, живя на свете, хорошего не видал, или видел, да немного, да и то живя в Москве и Питере, а в Воронеже не помню когда. Что, если в сорок лет придётся нищенствовать? — Плoxo!»

Но до сорока лет поэту дожить не довелось. 29 октября 1842 года он умер от чахотки в возрасте 33 лет. Похоронили Алексея Кольцова на Митрофаньевском кладбище. Оно было уничтожено в конце 30-х годов ХХ века, здесь разбили парк Ворошиловского района, а в 1975 году построили цирк. Могилы поэта, а также его родителей и сестры перенесли в Литературный некрополь.

«Соловьём залётным юность пролетела»

В Воронеже чтят память талантливого земляка. Имя Алексея Кольцова носит драматический театр, улица и сквер в центре города. В этом сквере в 1868 году установлен бюст поэта. Это один из старейших памятников города. Автор — скульптор из Санкт-Петербурга итальянского происхождения Августино Трискорни, эскиз делал воронежский художник Александр Кюи.

Воронеж, памятник Кольцову в начале ХХ века

27 октября 1868 года состоялось торжественное открытие памятника. На церемонии присутствовал дипломатический представитель США в Российской империи Скайлер — он был поклонником таланта поэта. Вскоре вокруг памятника был разбит Кольцовский сквер, в июне 1876 года здесь заработал фонтан.

Бюст Кольцова в Кольцовском сквере  - один из старейших памятников Воронежа

В 1976 году поэту был установлен памятник на Советской площади в Воронеже. А в 2018-м его перенесли на улицу Кольцовскую.

Памятник поэту на Кольцовском бульваре 

Ну и как не вспомнить знаменитые конфеты «Песни Кольцова», которые в Воронеже начали выпускать в далёком 1961 году. На обёртках — сцены из крестьянской жизни: косарь в поле, всадник в степи, девушки в кокошниках и сарафанах.

...За пять лет до смерти 28-летний Алексей Кольцов написал очень грустное стихотворение «Горькая доля». Пожалуй, его в полной мере можно назвать автобиографическим:

Соловьем залётным
Юность пролетела,
Волной в непогоду
Радость прошумела.

Пора золотая
Была, да сокрылась;
Сила молодая
С телом износилась.

От кручины-думы
В сердце кровь застыла;
Что любил, как душу,-
И то изменило.

Как былинку, ветер
Молодца шатает;
Зима лицо знОбит,
Солнце сожигает.

До поры до время
Всем я весь изжился;
И кафтан мой синий
С плеч долой свалился!

Без любви, без счастья
По миру скитаюсь:
Разойдусь с бедою —
С горем повстречаюсь!

На крутой горе
Рос зелёный дуб,
Под горой теперь
Он лежит гниёт…